И вкус тьмы на губах

– К нам кто-то ломится?

– Нет, снова гости.

Ой, а я не готова их встретить!

Я поддалась настроению и бросилась искать одежду.

Прерывистый вздох. Теплые руки легли на мои плечи, легко сжимая и поглаживая круговыми движениями.

Я застыла, прижав платье к груди.

Цепочка быстрых пламенных поцелуев в изгиб шеи закончилась признанием:

– Соблазнительница моя! Может, пусть гости себе стучат? У нас есть занятия поинтереснее.

– Озабоченный, – отозвалась я и, развернувшись к Рэму лицом, использовала платье как щит. – Продолжишь приставать, буду одеваться в другой комнате. И ночевать тоже.

– А вот это уже звучит обидно, – хмуро заявил Виктрэм, застегивая манжеты рубашки."

"У меня одеваться получалось не так ловко, как у него. Волосы запутались, зацепились за пуговицы, когда я натягивала платье.

– Хм, как удобно…

Мужчина обхватил меня за талию, целуя между лопаток. Щекотно. Восхитительно приятно.

– Ай! Лучше помоги, гости нас не дождутся, пойдут искать.

– Ладно, отмазка засчитана.

Поворчав для вида, он помог мне с платьем.

На всякий случай взглянула в зеркало, и не зря. Рэм промолчал, что у меня на шее темнело пятно. Любовная метка. Я была не против – сама наставила на смуглой коже мужчины немало, – но не сейчас же, когда на мне платье с V-образным вырезом и воротником-стойкой, а у порога гости и бежать за другим нарядом нет времени.

– Что-то случилось?

Я ткнула пальцем в пятнышко.

– Я тебе тоже когда-нибудь поставлю засос на самом видном месте, – предупредила с угрозой.

– Давай, можешь хоть сейчас, – довольно ухмыльнулся этот гад, самый любимый и желанный в мире. – Буду носить твои метки, как ордена.

Фыркнув, я сильнее стянула воротник, переместив скрепляющую брошь повыше.

Теперь зеркало отображало вполне приличную девушку.

И кому я вру? Серебристая поверхность беспристрастно показывала залюбленную, слегка уставшую и ужасно довольную девицу с ярко-алыми, припухшими от поцелуев губами.

– Виола, ягодка моя сладкая, ты восхитительна, никогда не сомневайся. – Виктрэм, поцеловав меня в щеку, предложил свой локоть в качестве опоры.

Когда выходили, я оглянулась.

Комната напоминала поле сражения. Сломанная кровать, развороченное постельное белье, сброшенные со стола вещи, перевернутое кресло, оборванная штора… Последнее вышло случайно, сегодня мы ничего не делали на подоконнике, но собирались позже…

Я ощущала себе нереально счастливой. Если бы мне предложили стать богиней или остаться с Рэмом, я бы выбрала этого невозможного, бесконечно щедрого на ласку мужчину.

Нам было комфортно и приятно не только в постели.