Я сделаю это сама

Он сказал, чтобы я шла немедленно, и хотел за руку взять, но котик опередил его, и кошечка тоже.

- Молодцы котики, - кивнула я, - им бы сливок, а не молока, но у нас у самих нет. Так что – будем, как есть.

Я пошла в дом, разыскала в шкатулке второй выданный полковником Трюшоном кристалл, вернулась и надела на шею Настёне.

- Не снимай, поняла? Тогда никто за тобой не придёт.

- А как же? Это же мой батюшка?

Я вздохнула. Глянула на Дарью, но та стоит столбом, слёзы текут, дочь к себе прижимает, да и всё.

- Нет, Настёна, это не твой батюшка. Нет твоего батюшки больше. А это тёмная тварь, жестокая и страшная. Если бы наши коты его не порвали, он бы увёл тебя во тьму.

Я совершенно не была уверена в той самой тьме, но подумала, что в таком случае лучше немного перестараться с эпитетами. Потому что все целее будут.

Соседка Маруся с охами и ахами пришла через калитку, оглядела нас всех.

- Я отца Вольдемара кликнула, Нюрку до него послала. Она со мной вместе всю жуть-то видела, рассказать, как дело было, сможет. Это что же за напасть-то у нас завелась такая?

- Так постарались, наверное, вот и завелась, - вдруг сказала моя Марьюшка. – Так просто такая мерзость не заводится, чтобы сама по себе.

А Дуня вздохнула и кивнула.

Ульяна же глядела на меня.

- Ты Настёне отдала свой оберег защитный, а сама?

- А что сама? – не поняла я. – Я взрослая, если что – убегу или отболтаюсь. Или по роже дам. Настёна не сможет, да и Дарья тоже не сможет. А я смогу.

Я совсем не была уверена, что сумею дать по роже, или убежать, но вдруг?

- Как такому по роже-то?

- А как тем, кто в подвале лежал? Так же. Кипятком. А там поглядим.

С разных сторон к нам спешили Пелагея с – внимание – Гаврилой, за ними следом знай перебирала ногами Трезон. И отец Вольдемар с двумя старшими сыновьями. За семейством священника шёл Васька Камень и кто-то ещё, кого я пока не знала по именам.

- Слава господу, живы, - сказал отец Вольдемар, оглядев нас всех."

"- Не только господу, - строго сказала я. – Если бы не коты – всё было бы иначе.

Коты сидели на крыльце – два чёрных меховых кувшинчика. Щурились на осеннее солнце.

Отец Вольдемар взглянул на котов, потом на Настёну с Дарьей.

- Евдокия, скажи, как есть – всё в порядке?

- В порядке, - кивнула та. – Испугались только.

- Но в другой раз может быть не в порядке, - не отступала я. – Вдруг кота рядом не окажется? Или вдруг Валерьян не к нам потащится?

- Он же за женой пришёл, - встрял Васька. – И ещё придёт, Дашка ж его жена, не чья-то там.

- А вот нечего каждой дохлой пьяни за женой приходить, ясно? – попёрла на Ваську Ульяна. – Если жалеешь его – к себе позови, а лучше того – сам к нему сходи!

- Типун тебе, Ульянка, на язык – к нему сходить! Пожелала тоже, ага! В своём ли уме, баба?

- А ну тихо, - прикрикнул священник и глянул на меня.