Я тебе обещала?

Принесла резинку для волос (просили перед операцией волосы убрать, а потом, видимо, кто-то заботливый снял, чтоб лежать было удобно, а может, и сама слетела).

Пить! Но надо проверить, сможет ли подняться в туалет. Стала тихонько подползать к краю, банки с трубками повисли, но все так хорошо заклеили, что не тянет. Устала, но поняла, что сможет. Сделала глоток.

Приехал Сергей Михайлович.

– Ну, что, все хорошо, уже смеяться можешь? Посмейся, я послушаю, а то у меня день тяжелый был! – посмеялась. – Хорошо, но еще не очень звонко! Главное – спать, все время спать, только во сне человек выздоравливает.

– Сергей Михайлович, а что за банки, зачем?"

"– Это лимфа отходит. Мы же тебя всю перекроили, нарушили лимфосистему. Нельзя, чтоб она скапливалась, вот лимфа в банки и отходит. Организму нужно около месяца приспособиться. Муж заберет отсюда – будет тебя привозить в онкоцентр для откачивания, сначала каждый день, потом раз в два дня, а потом по необходимости, увидишь. Потом сама к нам ездить будешь. Как перестанет скапливаться лимфа, если будут неплохие анализы, начнем делать химию.

– А сразу нельзя? – Она не любила тянуть, раз надо, то сразу.

– Не потянешь.

– О лимфе вы меня не предупреждали. Бонус какой-то!

– Мне мой тренер в детстве говорил: «Отожмись, сколько сможешь, и еще два раза». Лимфа – это еще два раза.

– А химия?

– Ну, это отдельно. Да, пришли результаты анализов клеток опухоли. Гормонально зависимая. Это хорошо. После химии будешь лечиться таблетками.

Ну, про это еще Нюше рано думать. Сейчас главное для нее привыкнуть к своему перекроенному телу и приспособить его под себя.

К вечеру начал отходить наркоз. Стало так больно, что сами полились слезы. Вошла сестра.

– Что же не позвала?

Закричала в коридор:

– Тут больной плохо! срочно! уколы!., сейчас будет по легче, чуть-чуть повернитесь… я, когда работала в детской больнице, научилась делать сразу два укола с одного замаха, у детей попки маленькие, колоть некуда, сейчас тебе тоже сделаю… – Сестра наполнила оба шприца, сложила их по-особому в правую руку и с одного замаха уколола. – Сейчас, сейчас будет по легче, посмотришь.

Приехал Андрей. Увидела родное лицо, и сразу все внутри надломилось, заревела уже от души.

– Маме сказал?

– Сказал, завтра твои приедут.

– Дети пусть не приезжают. Не надо им это видеть.

Утром приехали мама с папой. Растерянные.

Нюше очень нравилось, когда мама надевала светлое. И сейчас мама была в светлой легкой кофте и юбке в мелкий цветочек. Старалась, не плакала. Папа все не мог понять, почему отовсюду банки, и сверху, и снизу, вся заклеена, опухоль-то в одном месте! Кто знал про пластику?

– Ты хоть что-нибудь ешь? Одни глаза. Мы тебе сыр привезли, абрикосы. Съешь при мне хоть что-нибудь.

Жара.