Я тебя не помню (СИ)

Да, Владимир не экономит на масштабных вопросах, но раз у него есть большие деньги, это не значит, что его можно обманывать. Здесь ведь и невооруженным глазом было видно, что процент за аренду помещения невероятно большой, а еще документ содержит кучу условий, которые вызывают у всех собравшихся столько же сомнений.

Благо, все бюрократические моменты Владимир прошел в государственных учреждениях, и там не было откровенного обмана, хотя…

Ох.

Я устало потираю глаза.

– Это лишь примерный вариант заключительных условий, Анастасия. Не могли бы вы перевести, что именно не устраивает господина Азацкого и его помощников?

Я поворачиваюсь к Владимиру и сдержанно начинаю переводить ему ключевые пункты, которые нам пока не удается утвердить. Семь месяцев назад Владимир продал несколько ресторанов в городах кроме Москвы и Петербурга. Бизнес в последнем он оставил на мое попечение, не скрывая, что хотел бы видеть продолжение своего дела в моем лице.

А сам он, как и хотел, пошел в расширение и стал открывать первые рестораны по миру. В июле, например, он успешно закрепился в Грузии, мы как раз тогда ездили в командировку все вместе, даже Данияр неохотно согласился.

Сегодня было первое декабря, мы прилетели в Китай и сразу после рейса направились на встречу к партнерам, но увы – пока не складывалось. Благо, с нами были деловые помощники Владимира, поэтому я сильно не вмешивалась, а выступала в роли переводчика.

Я внимательно перевела китайским партнерам все пункты, по которым у Владимира возникли вопросы, и посмотрела на Азацкого. Тот одобряюще кивнул, мол, я хорошо держусь.

Хотя, скрывать было нечего, внутри я сильно дрожала. Такой уровень...

Владимир тоже нервничал.

– Что ж, мы видим некоторые упущения в договоре с нашей стороны. Мы обговорим с коллегами и вернемся к вам с ответом завтра.

Когда мы остаемся наедине, я устало вздыхаю и с удовольствием снимаю обувь на небольшом каблуке. Хочется еще и деловую одежду на пижаму променять, но дождусь вечера.

– Ничего, они согласятся, – произносит юрист Азацкого.

– Я не понимаю, почему нас везде пытаются обмануть? – спрашиваю, разводя руками. – И столько условий сверху приписали, что попробуй их выполни.

– Потому что бизнес – это и есть вечные попытки обмануть, Настя. Один всегда уходит со сделки с большей выгодой, чем второй, – парирует Владимир. – А ты хотела все по справедливости?

Я пожимаю плечами.

– Придется задержаться, Настя.

– Я понимаю.

Чуть позже Владимир бронирует гостиницу, и я этому очень рада, потому что за окном уже прилично стемнело и мне не хотелось ходить по незнакомым местам в одиночестве, а Владимир и без того заметно устал.