Я тебя не помню (СИ)

Скоро сюда приехал человек, которого я ненавидела всей душой."

"Когда всех людей Данияра положили, они пришли в наш дом. Их было много, люди с автоматами забрали у меня Данияра. Вырвали из рук, только меня не тронули. Показали ордер на арест, как будто бы мне от этого должно было стать легче…

Данияром занималась полиция, а вот Алине досталось от деда. Рука Назара оказалась настолько тяжелой, что девушка плашмя упала на пол, закричав. Данияр злился на нее, но, увидев окровавленное лицо своей сестры, в ответ пообещал деду несладкую старость. И много чего обещал, пока его в наручниках пытались посадить в машину.

Не одеваясь, я побежала за ним следом и от греха подальше закрыла ему рот.

Муж сыпал проклятиями в адрес Назара, а я просила его молчать. Каждое слово ведь обернется против него, неужели он не понимает?!

– Данияр, умоляю, молчи!

Когда его уводили – в наручниках, сломанного, одного – я плакала и кричала за него. Не хотела отпускать до последнего. Боялась даже подумать о разлуке на годы.

– Иди к дочери! – прорычал он, смахивая мои ладони со своего лица. – Запрись в спальне и жди, скоро за вами с Мирой приедут.

Ждать долго не пришлось.

Жесткие пальцы впились мне в плечи и оттащили от мужа. Благодарно кивнув другу, только тогда Данияр позволил себя увезти и посадить в машину.

Наверное, поэтому Данияр так сильно доверял Шаху. Он был словно всемогущий – его люди перекрыли охрану Назара, и у нас было время уйти. Мне дали минуту, чтобы забрать Миру со второго этажа, после чего нас вместе с Алиной усадили в машину.

Эльман был за рулем, Алина уселась рядом с ним на пассажирское, а я, отчаянно прижимая дочку к себе, сидела сзади.

Произошедшее десять минут назад – казалось страшным сном. Я целовала дочь и улыбалась ей сквозь слезы, пытаясь остановить ее плач.

– Папа скоро будет рядом, малышка, – шепчу со слезами на глазах. – Скоро, Мира. Ну, не плачь же.

– Как твоя дочь может не плакать, если ты сама плачешь? – услышала я холодный голос.

И следом – приказ:

– Тебе следует успокоиться. Данияру нужна сильная женщина рядом, иначе с тобой он ослабнет.

Я замерла, напоровшись на острый взгляд в зеркале заднего вида.

Открываю рот, но не могу произнести ни звука – я не в том положении, чтобы спорить с этим холодным мужчиной. Послушно стираю слезы, покачиваю дочку в руках и, о чудо, Мира уже весело пытается лялякать буквы вроде «г» или «к».

– Эльман, мне нельзя домой. Дедушка разбил мне лицо, ты не видишь? – услышала я тихий голос Алины спереди. – Данияр у него один, он будет жить, а помимо меня у деда еще две внучки! Тебе меня совсем не жаль?

Вспомнив, как Назар приложил Алине, я вздрагиваю. И сама кое-что вспоминаю. Мне уже снился сон с пощечиной, и сейчас я четко понимаю – в нем и наяву Назар избивал меня.