Императрица Мария. Восставшая из могилы

– Вот как? Спасибо, господа! – вздохнула великая княжна и улыбнулась.

Вслед за офицерами она вышла из комнаты. Молча смотрела, как Болдырев и Иванов приветствуют вице-адмирала Колчака, а затем, протягивая ему руку для поцелуя, сказала:

– Проходите Александр Васильевич! Я ждала вас.

XIII

Когда великая княжна вышла в гостиную, Николай с тревогой всматривался в ее лицо. Но, как говорится, тьфу, тьфу, тьфу! Маша была спокойна и даже весела. Да и по лицам офицеров было видно, что они вполне удовлетворены разговором. Их глаза на секунду встретились, и Маша выстрелила в него парой солнечных зайчиков.

Николай вздохнул: похоже, все шло неплохо, Маша успешно сдавала свой первый экзамен общения с людьми не в роли скромной и малозаметной третьей дочери царя, а в роли фактической главы императорского дома.

Из-за того что Николай был человеком другой эпохи, он плохо понимал людей этого времени, а дед, еще слишком молодой, ничего путного подсказать ему не мог. Поэтому-то и волнение его было чрезмерным. Он не понимал, что все эти грозные дяди военные будут подчиняться, в общем-то, еще совсем девчонке просто по праву ее рождения.

Обязанность подчиняться августейшей особе была впитана ими с молоком матери. И это обстоятельство давало Маше очевидное преимущество.

Вот и Колчак вытянулся и с пиететом приложился к ручке великой княжны не из-за большого уважения, которому еще взяться было неоткуда, а просто потому, что она – великая княжна.

Поздоровавшись, Маша пригласила адмирала в «кабинет».

– Вы уж извините, Александр Васильевич, что такая обстановка, но в номере три спальни, а кабинет не предусмотрен.

– Это неважно, – пожал плечами Колчак, – главное не форма, а содержание.

– И то верно! – согласилась великая княжна.

Замолчали. Колчак не стал продумывать начало разговора, полагая, что великая княжна сама начнет задавать вопросы. Так и получилось.

– Скажите, любезный Александр Васильевич, ведь вы покинули Россию в семнадцатом году, да?

– Да, я покинул Россию в конце июля семнадцатого года, направившись сперва в Англию, а затем – в Северо-Американские Штаты.

– Цель?

– Скажем так, военно-дипломатическая. Первоначальная цель – участие в подготовке американцами Дарданелльской операции – оказалась фикцией, так как никакую операцию американский флот не готовил.

В итоге все свелось к контактам с военно-морским командованием, посещению кораблей и учений. Даже лекции читал по минному делу в военно-морской академии САСШ. Все было интересно, но, увы, бесполезно! Когда собрался вернуться в Россию, пришло известие о большевистском перевороте. Тем не менее я все равно решил ехать и отправился из Сан-Франциско во Владивосток. Но добрался только до Японии.