7
0
Он повернулся на ее голос, и она сразу почувствовала теплоту в его глазах, в словах, когда он повторил простое приветствие:
– Добрый день.
Верно, день должен быть добрым. Как и все последующие за ним.
Глядя вместе с Саймоном в окно, выходящее на Гросвенор-сквер, ощущая его руки у себя на плечах, она тихо спросила:
– Ты не разочарован?
Она сейчас не могла видеть его лица, он стоял позади, но услышала твердый голос:
– Нет. Только некоторые мысли…
– О чем? – Он молчал, и она продолжила: – Если ты сейчас… если еще не готов стать отцом… мы можем… я могу… ждать сколько потребуется.
Он обнял ее, погладил грудь под легким утренним пеньюаром.
– Дафна… Не торопи события… пожалуйста. Просто я привыкаю к мысли о ребенке… о детях… Поверь, мне нелегко это дается. После всех лет, когда я вынашивал планы мести. Однако именно сейчас я думал о другом…
– О чем? – снова спросила она.
– Я думал… – ответил он медленно, с запинкой, – что, если он… она… будут, как я… Ты п-понимаешь, что я х-хочу сказать?
– Если он унаследует твой недуг, – сказала она, – мы будем любить его еще сильнее… И я попрошу у тебя совета, как помочь малышу. И ты дашь этот совет, ведь ты все это преодолел самостоятельно.
Он пристально посмотрел ей в глаза. Его собственное лицо выражало удивление: как, оказывается, легко и просто можно ответить на, казалось бы, неразрешимые вопросы.
А что же может сказать он? Наверное, только то, что повторял уже бесчисленное число раз за последние часы:
– Я так люблю тебя, Дафф…
К вечеру этого долгого дня Дафна вспомнила о письмах, которые передал ей старый герцог, и решила рассказать о них мужу."
"Конверты, подписанные его отцом… Что они таят?.. Раскаяние? Герцог Мидлторп советовал ей выбрать нужный момент для вручения их Саймону. Дафна полагала, что этот час настал: Саймон оставил мысль о мщении; его душа мало-помалу оттаивала; ненависть уступала место добрым чувствам.
Множество раз Дафна порывалась вскрыть и прочесть хотя бы одно письмо, но так и не сделала этого. И вот теперь она принесла пачку конвертов и положила их перед Саймоном.
– Что это? – удивленно вскинул брови герцог.
– Письма твоего отца. Мидлторп передал их мне. Ты помнишь? Я уже говорила тебе.
Он кивнул и спокойно произнес:
– Да, помню. Кажется, я велел их сжечь.
Дафна слегка улыбнулась:
– Упрямый старик этот Мидлторп.
Саймон улыбнулся в ответ:
– Такую же характеристику можно дать герцогине Гастингс.
Она опустилась на софу рядом с мужем.
– Разве тебе не интересно, что в этих конвертах?
Он ответил не сразу:
– Н-не знаю.
– Это поможет тебе окончательно сбросить груз прошлого, – сказала она.
– Или сделать настоящее еще тяжелее, – возразил он.
