Карающая богиня, или Выстрел в горячее сердце

 – Шняга, а не имя! – заглянув в бумаги, прокомментировал Женька.

– А ему всего десять месяцев, это он просто с виду такой большой, – заметил Валерка, тоже всматриваясь через плечо Коваль в документы.

– Прекрасно. – Она взяла зажигалку и пошла в туалет, подожгла все бумаги и спустила пепел в унитаз. – Все, нет больше никакого Ильи Лаврова, есть только Егор Егорович Малышев, которому в ноябре исполнится ровно год.

– Ох, аферистка ты, Маринка! – покачал головой Хохол. – В ЗАГС-то сама поедешь?

– Сама. Только с кем теперь Егора оставлю? Тут сестры – жуть просто, дрова охранять – и то не доверишь.

– Дашку привезу.

– Долго…

– Так, с вами все ясно, а мне работать надо, – подал голос Валерка. – Пойду я, а то мне еще весь день.

– Спасибо тебе. – Коваль взялась за сумку, но Валерка замахал руками:

– Сдурела? Ничего не надо, это ж ребенок! Я к тебе еще приду после смены.

– Валер, последняя просьба – врача нормального подыщи, а?

– Не вопрос – Ларке скажу, она будет вести. И вообще… ты ведь у нас мать молодая, неопытная… ты бы ее на зарплату к себе посадила, как меня, – она девка грамотная, я ей и своих доверяю, – посоветовал Валерка. – Поговорить с ней?

– Не надо, я сама. Пусть придет, как сможет.

– Договорились. Зовут ее Лариса Алексеевна. Ну, бывайте, родители! – и Валерка ушел.

Марина опустилась на кровать и обхватила руками голову, не зная, с чего теперь начать расхлебывать заваренную кашу. Хохол присел рядом, обняв за плечи:

– Ну вот, стал мой котенок мамкой, а что делать с этим, не знает!

– Не смешно! – отрезала она. – Дай куртку, там телефон.

– Зачем тебе?"

"– Ветке позвоню, пусть подскочит, посидит с Егором, пока я в ЗАГС поеду.

– Тоже верно. А то пока это я за Дашкой мотну, пока обратно…

Ветка спросонья не могла никак сообразить, о чем речь, и тогда Марина просто попросила ее приехать в больницу и снизу позвонить на мобильный. Пока Коваль разговаривала с подругой, Женька подошел к кроватке, где спал Егор, и, облокотившись о металлический бортик, рассматривал мальчика.

– Знаешь, а ведь он вылитый Малыш – и глаза, и лоб, и рот… как сфотографировала, курва!

– Так и хорошо – никто не докопается. Жень, ты езжай, поспи. – Марина потрепала его по волосам, и он обнял ее за талию, привлекая к себе:

– Лучше ты ложись, вздремни, а то скоро пацан проснется. Ложись, я посижу.

Марине удалось немного поспать до обхода, Женька разбудил ее, едва только вошла докторша.

– Вставай, Марина, доктор…

– Да-да, сейчас, – Коваль села на постели и потрясла головой. – Черт… Доброе утро, Лариса Алексеевна.

– Доброе утро, Марина Викторовна, – улыбнулась она приветливо. – Как мальчик?

– Спит…

Докторша осторожно откинула одеяло в кроватке, потрогала животик, и Егор завозился, открывая глаза.