Толмач

– Да потому, что все варнаки московские там обитают, – рыкнул Егор, начиная терять терпение."

"– Прав он, Игнат, – вмешался в разговор Иван Сергеевич. – Во всем прав. Ты же сам тут нам кричал, что те бумаги тебе весьма полезны будут, и просил нас осторожными быть. А сам, едва царя увидел, и забыл про все. Вот теперь и выкручивайся.

– Папенька… – растерянно проблеял Игнат Иванович, явно не ожидавший подобного наезда.

– Что папенька? – фыркнул старик в ответ. – Иль ты решил, что для меня правда перед царем важнее родной крови станет? Учти, Игнат. Подведешь его под дознание, сам тебя прокляну. Сказано тебе, купил он ту книжицу на Хитровке, и весь сказ. На том и стой.

– А у кого купил? – помолчав, осторожно поинтересовался дядя, явно пришибленный такой угрозой отца.

Впрочем, Егор и сам не ожидал от старика такого. В этом времени угроза предать проклятию от родителя дорогого стоила. И такими вещами тут не шутили.

– У кого, дело десятое, придумать можно, – отмахнулся Егор.

– Придумать? – окончательно растерялся Игнат Иванович. – Но как?

– Да чего там сложного? – фыркнул парень. – Такую рожу опишу, что чертям тошно станет. Пусть жандармы пятки сбивают, ища.

– Но ведь это ложь. Ты собрался царю лгать? – растерянно возмутился дядя.

– Я в угоду вашей глупой честности на каторгу отправляться не собираюсь, – разозлившись, зашипел Егор в ответ. – Всему предел имеется. Или вы хотели, чтобы те варнаки и меня и дедушку ночью зарезали?

– Егор! – ахнул Игнат Иванович.

– Я помню, как меня звать, – продолжал шипеть парень. – Но имейте в виду. Коль выбор встанет между своей жизнью и жизнью моих близких и тем, что надо будет царю солгать, солгу и не поморщусь. И плевать мне, что он царь и помазанник божий. Родную кровь я в первую голову спасать стану, на всякие глупости не оглядываясь.

– Я, конечно, не ангел совсем, но ты, Егорушка, и меня переплюнул, – качая головой, растерянно проворчал Игнат Иванович, бросая на деда растерянный взгляд.

– Перед тобой, сын, настоящий воин сидит, – тихо вздохнул Иван Сергеевич. – Ты лучше запомни, что он тебе сказал, и на том стой. А дальше, как бог даст. Лучше, вон, глянь там, на комоде, – усмехнулся он, кивая в нужную сторону.

Игнат Иванович растерянно поднялся и, подойдя к комоду, взял с него несколько чистых, белых листов бумаги. Быстро перебрав их и не найдя никаких записей, дядя недоуменно уставился на старика.

– Не понял? То его мануфактуры бумага. Сделал все-таки, – лукаво усмехнулся Иван Сергеевич, подмигивая внуку.

* * *Стоя в знакомой уже приемной, Егор мысленно проигрывал про себя все варианты ответов на возможные вопросы, но ввиду полного отсутствия любой информации, все это было не более чем гадание на кофейной гуще.