Крымская ракета средней дальности

– А-а, это ты… А я в ванну залезла… Нет, это ерунда, я, в общем-то, уже помылась, сейчас, вытрусь только и даже накручиваться не буду… Господи, дура я, бес меня попутал с этой ванной… Кирилл, а ты где?

– Я буду тебя ждать в том кафе, куда ты меня пригласила, – сказал я и тотчас прервал связь.

– Куда вас отвезти? – спросил водитель.

Я боялся пошевелиться, чтобы ненароком не сломать хлипкое сиденье или не вывалиться вместе с дверцей наружу.

– Мне нужно в кафе «Причал».

– «Причал», «Причал»… – произнес водитель, кивая, хотя я понял, что он не знает этого кафе.

Я, стыдясь своей комплекции, своего здоровья, своих ног, которые едва умещались под панелью, смотрел на парня, на его суетливые движения, на быстрые руки, которыми он успевал не только крутить руль, но и тормозить, выжимать сцепление и добавлять газ, и в этой суете легко угадывалось желание показать мне свое умение водить машину, да еще и убедить, что он вовсе не беспомощный инвалид, а почти такой же человек, как все, и может приносить людям пользу, может запросто покатать на своем «Запорожце» такого бугая вроде меня, да еще и с ветерком, и для него это совсем нетрудно, проще пареной репы… Несколько раз он притормаживал рядом с желтыми такси и вполголоса, будто таясь, спрашивал у водителей про кафе «Причал», и я видел, как он переживает и мысленно проклинает себя за то, что до сих пор не выучил названия и адреса всех кафе, ресторанов и казино города.

Пользуясь своим правом, он выехал на набережную, куда проезд был закрыт, и не смог сдержаться, чтобы не обратить на это преимущество мое внимание («Здесь „кирпич“, да черт с ним!» или «Въезд запрещен, а мы все равно въедем!»), и весь зарделся от гордости, когда я вслух заметил, что первый раз в жизни еду по набережной на машине, а до этого ездил тут исключительно на роликах или велосипеде.

Я выгреб из кармана все те мятые купюры, которые милиционер принял за взятку, и протянул водителю. Парень без всякого лицемерия возмутился:

– Да вы что!! Уберите деньги! И даже не думайте! Я все равно не возьму…

Он видел, что я предлагаю слишком много, чем полагается за такой короткий маршрут, следовательно, я отношусь к нему не как к обычному «частнику», а как к инвалиду, испытываю к нему жалость, сострадание, и это обидело его.

Глава 4

ШТОПОР

Тут на моем поясе задрожал, как в лихорадке, мобильник. Я кинулся подальше от кафе.