Левиафан

— Когда я приехала в Альгеро, — сказала она, — мне нужно было точно знать правду. Но… могло ли визуальное доказательство существования ада действительно оправдать поступки моего отца, который казнил невинных людей? Может быть, в той деревне кто-то и вправду служил сатане, а мой отец, сам того не зная, стал частью их замысла. Теперь… мне не нужно его оправдывать. Мне нужно… просто принять правду. Он был таким, каким был. Делал и хорошее, и плохое. Для этого мне не нужны доказательства существования ада. Понимаешь?

— Понимаю, — кивнул Мэтью и подумал, что в этой таверне, должно быть, водятся ангелы, ведь он почти видел, как Камилла освобождается от груза прошлого, и вокруг нее начинает роиться свет.

— Хорошо, — проворчал Хадсон, — но что насчет Скараманги и Профессора? Они оба мертвы? И где сейчас зеркало? А книга?

— Оба мертвы. Я бы сказал, что Профессор спас мне жизнь. Что до зеркала… оно разбилось с помощью этого. — Он достал из кармана железное распятие и положил его на стол. — Затем оно упало на камни и исчезло вместе с Профессором и Скарамангой. Я испытал дьявольское наслаждение, разорвав книгу на части и выбросив ее в море.

— Черт! — выплюнул Хадсон.

Он уже рассказал Мэтью их собственную часть истории о том, как они прошли несколько миль от виллы и, измученные жаждой, добрались до ближайшей фермы. Пожилые мужчина и женщина с радостью дали им воды и немного куриного бульона, а также позволили переночевать в амбаре. На следующее утро они отвезли их на повозке в дом доктора Ровиго в Мирано, где Хадсону вправили сломанную руку. Доктору они сказали, что были атакованы бандой разбойников, ограбивших их и измучивших. За это в утешение им подарили целую корзину кукурузы, за что Хадсон и Камилла были очень благодарны. Доктор Ровиго посчитал такое поведение разбойников настоящим оскорблением итальянского гостеприимства.

— А чем вы занимаетесь, сэр? — спросил доктор, обращаясь к Камилле и глядя на крупного мужчину с синяками.

Хадсон замешкался, и Камилла заговорила.

— В Англии он профессиональный боец. Боксер. Здесь мы хотели договориться о его участии в международном состязании, которое состоится в Венеции следующей весной.

— Ого! — воскликнул доктор. — Ну, думаю, к этому моменту ваша рука будет в полном порядке. Обязательно поприсутствую на этому поединке! А какое у вас боевое имя? Такое же у всех борцов есть, да?

Камилла перевела, и Хадсон понял, что ему даже не нужно ничего придумать.

— Миротворец, — ответил он.

— Ничего себе! Полагаю, когда вы бросаете противника на лопатки, вы кричите: «мир!», не так ли?

— Именно так.

— Боже, упаси меня от мира, в котором столько драк.

Хадсон был с ним согласен.