Личный трофей опального генерала-2

Мне угрожал постоянно, да и Танечку изводил… А тут, как назло, забеременела она. Так Юрка и решил, что ребенок мой. Сколько я ему объяснял, что даже пальцем к его жене не прикоснулся. Бесполезно! Ревность и безрассудство привели к трагедии. А потом, когда брат погиб и мать слегла, я подумал, что сам виноват перед братом. Да и Татьяну во многом винил. Почему мне отказала, а за него вышла? Меня из-за бабок Юркиных предала, получается. А потом и его сгубила… И вы, трое сирот, как бельмо у меня на глазу. Всю жизнь вину перед братом чую. Вот настоял бы на своем, женился бы на ней, и жив бы остался Юрка.

А так… Ни жены, ни брата… а дочка родная волком смотрит…

«Вот же человек, — тяжело вздохнул Кирсанов. — Ему на том свете давно прогулы ставят, а он тут врет и виноватых ищет. Любишь женщину, заделал ей ребенка, вот и держи, не отпускай, — мысленно пробурчал Кирсанов и внезапно подумал, что и сам-то хорош. Бросил Дарью, сына. Вот только через три с половиной года опомнился. — А история повторяется, — почесал переносицу Бек. — Отец женился на женщине брата и признал его дочку своей, а я бросил старшую сестру и женился на младшей, чтобы признать собственного ребенка.

Не зря Алена всю жизнь твердила, что гнилая Кирсановская порода. Но Дарью я не любил и ничего ей не обещал. Да и никогда не хотел детей ни от одной женщины. Только вот от Санечки хочу. Мальчика, девочку, какая разница? Не сейчас, конечно… потом как-нибудь».

Бек прикрыл глаза и, откинувшись в кресле, задумался. Что-то странная версия дяди Коли рассыпалась с одного тычка. Все вспоминали мать как строгую и скромную женщину.

«Ну не могла такая мутить с одним братом, а потом выйти за другого, — ощерился Кирсанов. — Хотя кто теперь разберет? Алена нашла дневники, а они все при пожаре сгорели. Что толку копаться в чужой жизни? Нужно свою строить», — мысленно вздохнул он и открыл глаза, когда скрипнула дверь.

— Сережа-а, — позвала Санька. — Ты что такой грустный?

— Задремал, — поморщился он, потягиваясь в кресле, и заметив, что Санька бросила взгляд на диктофон, попытался увести беседу в сторону: — Весь мусор с участка вывезут, я договорился.

Хочешь, дом построим?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— А что твои сестры? — улыбнулась Санечка, и у Кирсанова стало радостно на душе.

— Ларе все равно, а Алена мечтает, как и раньше, приезжать иногда в Никифоровку. Но она может остановиться у кого-нибудь из подружек. А тете Вале понравилось жить на Тверском бульваре, так что решать тебе.

— Правильно говорят, что дом мечты нужно возвести самому, — улыбнулась Александра.