Ломаные линии судьбы

Продолжая улыбаться, Агата объясняла Шагину дальше:

– Поэтому карты и крупные купюры у меня в отдельном кармашке на ремне или поясе, копия паспорта там же, телефон либо во внутреннем кармане курток и пальто, либо в специальном футляре, крепящемся на любые ремни и пояса. Проще так, чем спорить с моим любимым папенькой.

– С батюшкой вашим полностью солидарен и подписываюсь под каждым его словом, – не смог удержаться от ответной улыбки Шагин, настолько заразительно и открыто улыбалась ему девушка. – Как юристу, мне очень понятна и близка его позиция: лучше сто раз перестраховаться, чем один раз вдряпаться в неприятности из-за собственной беспечности и глупости.

– А так, знаете, иногда хочется побыть беспечной и беззаботной, и где-то даже наивно-глупой, – наигранно вздохнув, призналась Аглая.

– Наивной быть вам, Аглая, уже не грозит, – улыбнулся ей Шагин и вернул их разговор в русло, от которого они сделали короткое отступление: – Итак, подытожим: в рюкзаке у вас не было ничего ценного, поэтому вы решили не обращаться в полицию…

– Не совсем, – перебила его Глаша, – вот этот брелок для меня очень ценен.

Как я говорила, он мой талисман. Это первое изделие, которое я сделала на заказ.

– Как-то я упустил этот момент, наверное, от усталости, – извиняющимся тоном произнёс Игорь и спросил заинтересованно: – А чем вы занимаетесь?

– Я ювелир, – ответила Глаша.

– О как! – подивился Шагин. – А по образованию?

– По образованию, по роду деятельности, по призванию и, надеюсь, по таланту, – звонко рассмеялась Аглая.

– Так, – принял информацию Игорь, – ладно, об этом мы поговорим в другой раз.

Вернёмся к нашей теме. Что ещё ценного было в вашем рюкзаке?

– Сам рюкзак – это ручная работа и единственный экземпляр, его, если честно, очень жалко. Ну, ещё косметика недешёвая, совсем немного налички, около двух тысяч, а так всё по мелочи: разные женские необходимые штучки. По большому счёту ничего по-настоящему дорогого и важного в нём не было. Вот я и подумала, что «гнать волну» из-за самого рюкзачка и брелока – только лишние проблемы себе организовать.

Мама однажды была свидетелем кражи и, как добропорядочная гражданка, пришла в полицию, чтобы дать показания и написать заявление. Так она просидела там пять часов, ожидая, когда её примут. Пять часов мне сидеть точно не хотелось.

– Подытожим, – тяжело вздохнул Шагин и потёр ладонью лицо. – На вас напал и ограбил мужчина, но точно не Чащин, поскольку преступник был совершенно иной комплекции. Через две недели убивают Чащина и у него в ладони вы находите свой брелок.