Мертвая линия. Оно начинается…

Сейчас у них Главный Бригадир – Прарап Двадцать Седьмой из рода Прарапов. И вообще, неужели ты считаешь, что гномы не знают, где спрятаны их сокровища, или не охраняют их? Удивительно, что тебя оттуда живым отпустили.

– Это все Абракадабр, он нас тогда из плена освободил…

– Из плена! Так он и тебе жизнь спас. Да-а-а… Ну, а он хоть как-то объяснил, что это за калитка?

– Понимаешь, я сам ничего не понимаю…

– Это я понимаю.

– Ты знаешь, что Нордвейр пал?

– Это тебе тоже бывший друид рассказал? Или гномьи короли?

Стью встал из-за стола:

– Это я рассказал.

Олаф удивленно посмотрел на скрита:

– Так это не шутка?

Скрит скорбно качнул головой. Старик присвистнул и поставил чашку:

– И вы молчали все это время? – Сдвинув брови, он угрожающе посмотрел на Стью: – Так, а вот теперь ты сядешь обратно, и вы расскажете мне все, что знаете, иначе я вас на ломтики порву и скормлю хлюпам.

* * *

Абракадабр не спал всю ночь. Рассвет застал его сидящим в библиотеке и погрязшим в пергаментах и древних книгах. Уставшими глазами он раз за разом пробегал пыльные страницы, но не мог сложить все происшедшие события в одну картину. По кусочкам что-то получалось, а вместе – никак. Вертелись в голове какие-то слабоуловимые догадки, но пока даже они не хотели показываться целиком. Волшебник краем памяти цеплялся за нечто, прочитанное когда-то, но сейчас эти строки не попадались. Он встал, потянулся и побрел в Зал Треугольного Стола.

Друиды тем временем уже собрались и тихонько переговаривались между собой, испуганно косясь на недорасколдованного Эммануила. Предводитель Мудрых уснул в тщетных попытках обрести способность ходить. Застыв в неестественной позе, он шевелил нижней губой, хмурился и иногда что-то бормотал. Рядом в его кресле развалился тролль. Эйбус тоже спал, но гораздо более спокойно, ласково обняв свою палицу.

Ойк наклонился к Брому:

– Как Вы считаете, что у нас сегодня будет на СТС?

– На чем???

– Ну, на Совете Треугольного Стола…

– Вечно ты все сокращаешь.

– Так ведь проще.

– Кому как."

"– Я думаю, что Абракадабр хочет вернуться в наш Орден.

– Эммануил этого не допустит, он не для того выгонял бывшего, чтобы потом принять обратно.

– Да, но наш предводитель сейчас несколько… хм… не в форме.

– Это ничего не меняет. Не будет же он вечно стоять памятником, тем более что право Окончательного Одобрения принадлежит только ему.

– Все это весьма щекотливо.

– Это называется политика.

– Как?

– От древнеримского: «по» – корзина для несвежего белья, «литика» – умелые маневры.

– Это что получается?

– Политика и получается.

Дверь скрипнула, и вошел Абракадабр. Друиды притихли. Старик удовлетворенно обвел взглядом собравшихся и подошел к троллю:

– Доброе утро, Эйбус.