Моя (не) родная

– Знаю, – я посмотрела на мамину руку. На неё саму. – Но няня тоже нужна.

– Иди ко мне, – мама подалась ко мне раньше, чем я к ней. Только подумала, как хочу обнять её, – и оказалась прижатой к материнской груди. Я чувствовала себя неразумной девочкой-подростком.

– Мам… – шепнула я, не зная, что хочу сказать. Как же мне не хватало её там, в чужом городе, в чужой стране.

Слова маме не требовались. Она погладила меня по голове и отпустила. Нежно улыбнулась и налила чашку чая. Повернулась ко входу.

Щурясь от света, в кухню вошёл отец. Хмуро глянул на стол, на маму, на меня. В первые секунды мне показалось, что он чем-то недоволен.

Молча он взял ещё одну чашку, поставил рядом с маминой.

– На меня хватит? Или у вас женские посиделки?

Я и не помнила, когда видела его таким в последний раз: в домашнем халате и тапочках. Слёзы почти выступили на глазах. Но раньше, чем это случилось, я встала и порывисто обняла его. Ткнулась носом в ворот. Большая тяжёлая рука легла мне на спину, вторая на голову.

– Я люблю тебя, – выдавила я. – И… я очень скучала по тебе.

Суровый, обычно скупой на эмоции, он вдруг поцеловал меня в макушку.

Даже раньше он так не делал. Взял за плечи и, отстранив, посмотрел мне в глаза. Пальцы его сжались.

– Такая взрослая…

Я шмыгнула носом. Отец коснулся моих волос и показал на стул. Речи о том, чтобы поехать к себе, уже не шло.

– Как тебе Мирон? – спросила я, нарушив тишину.

Отец встал позади мамы. Положил ладони на края спинки её стула.

– У меня прекрасный внук, – сказал он уверенно и спокойно. Как умел говорить только он. – Мне жаль, Агния, что я потерял столько времени. Это моя ошибка. Но я человек, а людям свойственно ошибаться.

В ответ я промолчала.

Смалодушничала, не сказав, что в этом есть и моя вина. Но если бы мне дали отмотать назад семь лет и что-то изменить, я бы всё равно ждала от него хотя бы повода, чтобы это сделать.

– Агния останется на ночь, Володь, – вмешалась в разговор мама.

– Само собой. Кто её отпустит в такое время.

Я улыбнулась уголками губ. Подвинула к себе чашку. За ночью обязательно придёт утро. Холл дома наполнится жизнью. Пусть даже я не вернусь сюда жить, это мой дом, и я сделаю всё, чтобы он был живым.

* * *Зайдя к себе в комнату, я, не включая свет, прислонилась спиной к двери.

К Мирону поднялись вместе с мамой. Я-то думала, она уложит его тут, но за несколько дней они с папой переделали в детскую одну из гостевых спален. В темноте я различила постер с мультяшными машинками на стене, наваленные на низком детском диване игрушки…

– Отец больше вас не отпустит, – тихо сказала мама за секунду до того, как мы разошлись по спальням. – И я тоже не отпущу.

Сердце моё сжалось от её слов. И всё-таки этого мне было мало. Присев на постель, я взяла в руки миниатюрную копию «харлея».