Наглый. Дерзкий. Родной

– Кеша, – вкрадчиво позвал старшего брата младший, – помолчи, а? Кать, ты его не слушай, ладно? Мы нормальные.

– Да? – вылетело у меня с сарказмом.

– Иногда, – пошел на попятную Эдик. – Зато с нами не скучно.

– Что правда, то правда, – не могла не согласиться я.

Кашлянула, вспомнила, что собиралась снять макияж, и достала влажную салфетку. Зеркало не нашла, пересела, чтобы лучше видеть себя в зеркало заднего вида, и принялась за дело.

Дорогая водостойкая косметика – это хорошо. Нет, это даже отлично, но не тогда, когда в полевых условиях пытаешься снять макияж влажной салфеткой.

– Катерина, ты чего там притихла? – ожил Эдуард.

– Жду новую историю о том, как ваш дедушка гнал самогон, а пьяные куры набили морду соседскому Шарику, – вспомнила я старый анекдот, смывая тушь с нижнего века.

– Ты там была? – в два голоса гаркнули два клоуна, сидящих впереди.

В тот момент я окончательно уверилась, что надо мной издеваются, и разозлилась.

Ладно, шутники, я вам еще устрою…

– Кать, что у тебя в салоне случилось? – посерьезнел Эдуард.

– Ничего, – отмахнулась я.

– Катерина Романовна, вы макияжик весь смыли? – снова включился Иннокентий.

– Ой, – устыдилась я, – весь.

Сдвинулась и уставилась в окно, нервно кусая губы.

Машину подкинуло на очередной кочке, я пискнула и нахмурила брови.

– Сорян, Катерина Романовна, за неудобства. Машина старая, но надежная.

– Как фрезерный станок?

– Не нравится? – как-то по-своему понял мою иронию Эдуард. – Кать, а на какой тачке надо приехать, чтоб точно тебе понравилось?

– На танке, – не выдержала я и прикусила язык.

Уже неплохо зная Эдуарда, я не сомневалась: ему и танк угнать и привезти под мои окна не заржавеет.

Чудо в картузе рассмеялось, Иннокентий с уважением покосился на меня и выдал:

– Приехали.

– Спасибо, до свидания, – отбарабанила я и вышла из машины.

Влетела в салон, быстро махнула рукой Ирочке и взяла курс в парикмахерский зал.

В кресле сидела наша постоянная клиентка с такими насыщенно-синими волосами, что Смурфикам и не снилось. Она пила кофе, а Наташа что-то увлеченно ей рассказывала.

Я мысленно выругалась, понимая, что за один раз нам такой пигмент ничем не вывести.

– Катерина, – поднялась с кресла Элеонора, – ты видишь это? Что с моими волосами? Как мне выйти в свет в таком виде?

Она грациозно поплыла ко мне навстречу.

– Элен, я все исправлю, – пообещала я, наблюдая, как вытягивается лицо Элеоноры.

Ее глаза стремительно округлялись, а челюсть отвисала. И мне не нужно было даже оборачиваться, чтобы понять, кого она там увидела.

А эта парочка балбесов мгновенно включилась в игру.

– Мадам, – пропел Эдуард, – доброго дня. Вам несказанно повезло, ведь у вас есть мы.

– А вы кто? – выдавила Элен.