Не брак, а так

— Я серьезно, поняла? Никому не открывай, никому не звони. Только попробуй, тебе не поздоровится.

Литвинов уже был полностью одет, Яна еще собиралась, искала какую-то свою заколку и огрызалась на Германа. А тот не сводил взгляда со своей юной жены.

— И не строй из себя невинную овечку, — тихо прошептал он. — Хотела меня купить, дрянь, ну так купила! Вот он я! Наслаждайся! Понравилась брачная ночь? И это только начало!

— Я… я не…, — Алиса растерялась, она не понимала что происходит. Что значит “купила”?! — Ты же… ты сам ко мне п-подошел…

— Ну конечно, — издевательски рассмеялся Литвинов. — Сам! Ну продолжай строить из себя дуру, продолжай… Яна! Пошли!

И уже у двери он обернулся и посмотрел на Алису.

— Я тебя предупредил.

Дверь захлопнулась. И Алиса осталась одна.

Глава 5"

"Легче Алисе не становилось. Она открыла все окна в номере, но запах страсти любовников не исчезал, он проникал под кожу, разъедал изнутри. Наверное, Алиса себя сама уже накручивала, но успокоиться и трезво взглянуть на ситуацию она не могла.

Ее мир уничтожен, она чувствовала себя убитой, ненужной и никчемной. Плохой. Недостойной.

Когда-то она думала, что все изменится, когда она вырастет, потом, когда выйдет замуж за любимого человека. Чуда не произошло. Стало только все еще хуже. И главное, она знала, ее никто не поддержит, не поверит и она снова окажется виноватой.

“От хорошей жены муж не гуляет”, — вспомнились слова бабушки по папиной линии.

Не выдержав, Алиса ушла из спальни в другую комнату. По счастью в номере была еще и небольшая гостиная, там Алиса и провалилась в спасительный сон.

Что ей снилось, она не помнила. Проснулась, резко подняв голову и села на диване, пытаясь понять, что ее разбудило.

Послышался негромкий, но отчетливый стук в дверь. Алиса глянула на часы — девять утра. Это она столько спала?

Стук усилился, кто-то за дверью совсем не собирался уходить. И это точно не Герман. В груди болезненно сжалось от этого имени.

Кое-как приведя себя в порядок, Алиса поплелась открывать, по дороге вспомнила, что Литвинов приказал “не рыпаться”, но вряд ли он мог ей сделать еще хуже.

На пороге стояла свекровь.

— Здрасти, Софья Андреевна! — от неожиданности смутилась Алиса.

Взглянув на мать Германа, Алиса сразу поняла — та все знает. И не только про Яну, но и про то, что ее сына сейчас нет в этом номере.

— Здравствуй, Алиса. — Мягко и как-то сочувствующе свекровь посмотрела на девушку. — Я войду?

Та лишь молча кивнула и воровато огляделась по сторонам. В коридоре никого не было.

— Не волнуйся. Никто не знает, что я здесь. Даже Герман.

Алиса едва удержала себя, чтобы не прикрыть руками уши. Она не могла больше слышать это имя, оно и так постоянно звучало в голове. Все мысли были только о нем, о Германе.