Не брак, а так

Алисе хотелось сейчас влепить Литвинову пощечину и стереть самодовольное выражение с его физиономии. — Ненавижу тебя!

— Я бы так не сказал, — оскалившись, Герман демонстративно провел пальцем по своим губам. — Тебе понравилось. Мне, кстати, тоже!

В зале стоял галдеж, кто-то подбадривающе выкрикивал и хлопал, а кто-то как, например, Вася и девочки с их стола удивленно таращились. Но Алиса видела только кривую усмешку на лице Игната. Он стоял всего в паре метрах от них, скрестив руки на широкой груди, потом что-то решив для себя, махнул лохматой головой и отвернулся.

— Пусть идет! — хмыкнул рядом Литвинов.

— Сам иди! — огрызнулась Алиса. Ей было очень стыдно перед Сабуровым за появление Германа, и… за то, что этот ненужный поцелуй вызвал ненужное ей волнение. — Тебя сюда никто не звал. Игнат!

Она позвала Сабурова, и тот тут же остановился. Обернулся к Алисе и широко улыбнулся. Искренне и по-доброму. А у нее камень с души тут же упал. Алиса поспешила к Сабурову, но Герман не отставал. Литвинов обнаглел настолько, что обняв ее за плечи, не дал никому и слова сказать.

— Бурый, спасибо, что посидел с моей женой, — говорил Герман достаточно громко, чтобы его слышал не только Игнат. — Но дальше я сам. Можешь валить.

Субаров бросил на Литвинова уничижительный взгляд и дернулся было на него, но Алиса, сбросив с себя руку мужа, уже подскочила к Игнату.

— Прости, пожалуйста! Не знаю, что на него нашло, на кой он вообще сюда пришел! — взволнованно затараторила она. — Понимаю, как все это выглядит со стороны, но все не так…

— А как? — спросил Сабуров, глядя через плечо Алисы на Германа. — А хочешь, поехали со мной! Поболтаем заодно и ты мне все расскажешь!

— Никуда она с тобой не поедет! — рявкнул Литвинов так, что Алиса вся сжалась от неожиданности. — Она моя жена! Если тебе что-то от нее надо, обращайся ко мне. Ясно?

— Предельно, — фыркнул Бурый.

Алиса заметила, что рядом с ними уже стоят ее тренер Вася, еще пара незнакомых парней. Нины не было, зато их окружили несколько девчонок, в том числе и Яся, которой так понравился ее муж.

— Реально твой муж? — спросила она немного заплетающимся языком."

"— Увы! — выдохнула Алиса. У нее щеки в темноте горели от стыда. Как будто это она изменщица, а вовсе не Герман, притащила любовника в бар, а муж взял да спалил.

— Ребят, мы сами разберемся, ладно? — умоляюще обернулась к ним Алиса, Герман тут же снова обнял жену и примиряюще кивнул.

— Да, все топчик, сейчас друга проводим и вернемся.

Как же Алисе хотелось сбросить с себя руку Германа, оттолкнуть его, а еще стереть с его губ этот поцелуй. Но еще страшнее было устроить публичный скандал. Да лучше провалиться сквозь землю.

“Никогда, никогда больше не позволю ему себя целовать”! — мысленно клялась себе Алиса.