Не борись со мной, малышка

— Мозоли на руках натру. Пощади.

Становится совсем не смешно.

— Тогда рассказывай! — Жрица воинственно вздергивает свой носик.

— Вот жестокая женщина! — Откидываюсь на спинку кровати. — Ни совести, ни секса.

— Сегодня в программе только любопытство.

Она примирительно целует меня в плечо. И язык как-то сам собой развязывается.

— Это все можно считать презентом, — говорю, как есть. — Щедрый подарок от дружков отца.

— Так ты у нас продажный мент? — хихикает Аленка.

— Я у нас идейный! И неподкупный! — щелкаю ее по носу. — Просто иногда даже у очень разных людей совпадают цели.

— Ты искал того же преступника, какого разыскивали и они?

— В яблочко. Этот урод отправил на тот свет одного хорошего опера. Я нашел ублюдка первым и засадил за решетку до конца его дней.

— Неплохая премия. — Аленка, улыбаясь, смотрит на резной комод."

"— Если бы не Лариска, я бы в жизни сюда не въехал. Но по разводу пришлось отдать ей квартиру. А бомжуют в Питере только интеллигенты в энном поколении.

— Это ту квартиру, в которой мы первый раз?.. — Алена стыдливо кусает губку.

— Ее самую! — Уже и не верится, что прошло всего две недели с нашего первого траха.

— Тогда никакое это не наследство. — Хмурит лоб жрица. — Или я что-то не поняла о твоем отце?

— Он у меня непростой человек.

— Я видела татуировки. Немного догадываюсь, кто он.

— Мой отец никогда не был семейным человеком и никогда не дружил с законом. У него был свой подход к судьям и к прокурорам. Он частенько имел дело с адвокатами.

— Мне он показался очень интеллигентным, несмотря на внешний образ.

— Отец умеет находить подходы к людям. Особенно к незнакомым. — Морщусь. — Большую часть детства мы с братом провели в ожидании, когда же отец отсидит очередной срок и вернется домой. Растили нас мать и подельники отца. Вахтовым методом. Один присматривал за нами, потом садился. На смену ему заступал другой, и через какое-то время тоже попадал на нары.

— Необычная семья… — Алена кладет голову на мое плечо.

— За много лет я привык, что это нормально. Мама ругалась с отцом только в самом начале, когда мы пошли в школу. После она как-то смирилась. Научилась ждать.

— Я ей не завидую. Тут с одним трудно. А двое мальчишек… — Вздрагивает.

— Не скажу, что ей было легко. Но в целом жили мы нормально. Денег хватало. Обижать нас — никто не обижал. Отец… иногда все же появлялся.

— Ты так говоришь, будто это все было недолго.

Моя догадливая жрица с тревогой зыркает на меня снизу-вверх.

— Недолго. Маму убили.