Не чужие

— Ммм? — пошатываясь на месте, он одной рукой притягивает меня к себе.

Это не какая-нибудь девушка с дня рождения Кирилла, а та самая, с которой неразлучно сидел Максим, его лучший друг.

Глава 22

— Ева, проснитесь, — кто-то настойчиво треплет меня за плечо. — Давиду Эдуардовичу, как-то не очень хорошо.

— Пить надо меньше… — сладко зевнув, открываю глаза. На меня смотрит обеспокоенная Виктория, значит дело — дрянь и мне всё же стоит посмотреть на утреннее похмелье её «хозяина».

— Он зовет вас, — виновато пятясь назад, покидает гостевую комнату.

Расправив на себе одежду, в которой я уснула, выхожу в коридор. Из ванной комнаты отчетливо доносятся последствия двухдневного запоя.

— Тебе нужна помощь? Или лучше довезти тебя до больницы на промывание желудка? — без стука сразу захожу внутрь.

Давид, склонившись над раковиной, сплевывает вязкую слюну после рвоты. Его кожа бледная, а глаза, словно стеклянные. Как хорошо, что Матвей ещё спит и не видит своего папочку во всей красе после вчерашнего сабантуя.

— Жалко выгляжу, да? — выключив воду, вытирает рот полотенцем, искоса поглядывая на меня.

— Очень, — пропустив смешок, присаживаюсь рядом с ним на край ванны. — На комплименты не рассчитывай.

— Да какой уж там… — слабо улыбнувшись, поворачивается ко мне.

— Сегодня, где тебя отлавливать? — с иронией интересуюсь, прищуривая глаза.

— Нигде, потому что этого больше не повторится, — взяв мою руку, он поглаживает поочередно костяшки моих пальцев, ведя вверх по запястью.

— Не надо, — останавливая его над застёжкой, практически молю этого не делать. Кроме меня и врачей никто больше «этого» не видел. Даже Кирилл…

— Мне нужно, — расстегнув, он снимает мой браслет, передавая мне его в свободную руку. — Почему Денис не оказался рядом? — шероховатые подушечки пальцев царапают мои зарубцевавшиеся раны, жалят своей откровенной заинтересованностью.

— Одиночество убивает, разлагает душу, кромсает заветные мечты, отравляет своей потребностью нуждаться в ком-то еще. Сделав такой выбор — выпала за грань своих жизненных ресурсов, — убрав его руку, возвращаю браслет обратно, снова скрывая то, что невозможно исправить. — Если бы не Матвей… Меня бы здесь не было.

— Позволь остаться в твоей жизни, Ева. Мне нужен сейчас друг, а кроме тебя и сына у меня никого нет.

— Это плохая идея, — встав между его широко разведенных бедер, опускаю свою ладонь на его влажные волосы. — В первое время будет больно, а потом станет намного легче и через какое-то время ты встретишь ту, которая затмит всех, кто был перед ней.

— Ты счастлива в новых отношениях? — притянув к себе Давида, обнимаю его за голову, широко улыбаясь.