Не родные. Малышка в награду (СИ)

Что делать? Поворачиваюсь и смотрю на свое счастье — маленькую Варю. И как ни крути, им я обязана Роману.

— Хорошо. Одна минута и ты уйдешь…

Распахиваю дверь, ожидая увидеть грустного, осознавшего все Рому, а на деле… Словно из ниоткуда появляются два амбала. Я успеваю лишь раскрыть губы в немом вопросе, а потом чувствую удар по голове…

— Держи эту сучку, — приказывает Роман. — Мне нужен только ребенок. Ничего в квартире не трогать, ни к чему не прикасаться. Сизый, я в первый и последний раз предупреждаю, окей?

— Ро… Рома… — сиплю, чувствуя во рту металлический привкус крови. — Не надо… Варя грудная. Она не ест ничего, кроме моего молока… Пожалуйста…

В глазах темнеет от боли и страха. Я едва шевелю губами, ворочаюсь, пытаясь подняться, но тотчас получаю еще один удар в живот. На этот раз амбал бьет меня ногой… Всхлипываю и вытираю слезы. Мне так страшно… Я ведь на мгновение поверила Роме… Его разумным, на первый взгляд словам, спокойствию в голосе и поведении.

— Не забирай… не надо…

— Мне нужен ребенок. Во что бы то ни стало. Живой, а не на бумаге. Условием моего самодура отчима является мое отцовство. Он петицию состряпал и расписал по пунктам, в каких условиях должен жить мой ребёнок. Я ничего не получу без ребенка. Эта дрянь Оксана обобрала меня и свалила, когда запахло жареным… Я на мели. Через две недели истекает срок вступления в наследство. Ты не хочешь меня понимать, Маруся… Никак. По-хорошему у нас не получается, приходится добиваться своего так…

— Тебя же посадят, Ром… И никакого наследства ты не увидишь.

— За что, интересно? Я законный отец дочери. И повезу ее домой. Что здесь криминального? А ты… Оставайся. А я позже решу, что делать с тобой? Я ведь легко могу лишить тебя родительских прав. Но, если Варя мне надоест, я тебе ее верну, не волнуйся. А если нет… Кто знает — может, у меня проснутся отцовские чувства?

— Ты мерзавец, Ром… Урод… Я ведь поверила твоим словам. Обрадовалась даже… Думала, ты осознал, изменился. Но нет… ты стал еще хуже.

— Сизый, — холодно чеканит бывший.

Один из мужчин послушно кивает и бьет меня по лицу и голове. Картинка перед глазами расплывается. Вижу склоненные над собой рожи амбалов, холодные и злые глаза Романа. Слышу, как громко плачет моя Варенька… Надрывается, испугавшись чужих голосов и запаха. И рук… Не могу встать. Что есть силы пытаюсь, но не получается… Боль разливается по венам, как смертоносный яд, но куда сильнее злость на собственный глупый поступок… Зачем я его впустила? Дура!

— Рома… Я не проживу без нее и минуты… Я…

— Черт с ней! Сизый, забирай эту дрянь. Будет кормить дочку. Посажу ее в подвале и стану выпускать на пятнадцать минут.

— А вы няню наймите.