Оберег от испанской страсти

Может, это намек вовсе не на божественность начальника, а на то, что он ищейка? Гончая? Но тогда к чему пирамида и трон? Ваня — царь? Однако у него корона, которую в торжественные моменты носит английская королева. И что за мелкая крыса сидит у ног, то есть у лап царственной ищейки? Грызун весьма тучен, ему нужно срочно сесть на диету. И мордочка у крысы, она… Я прищурилась, внезапно поняла, что у шушеры мое собственное лицо, и выпала в коридор, трясясь от хохота.

Глава 26

— Что подарили Ивану? — полюбопытствовал Димон, когда я вошла в переговорную. — Судя по твоему виду, нечто эпохальное и…

В комнату влетела Елизавета, Коробков сразу замолчал.

Девушка опустилась на стул и выпалила:

— Ну я вам сейчас много интересного расскажу.

— А у меня ничего хорошего, — сообщил Федор, возникая на пороге.

— Они обедать ходили, — объяснил Димон, — почти одновременно вернулись, увидели, что тебя нет, и потопали в столовую.

— А там одни торты, конфеты, пирожные, — возмутился Михаил Юрьевич, — только сладкое.

— Вовсе нет, — возразил эксперт, садясь за стол, — бутерброды с колбаской, сыром, все бесплатно.

Еще салаты в корзиночках из теста, шашлычки, обильный стол, однако.

— У какого-то местного начальника юбилей, вот он и решил сотрудников попотчевать. Хорошая идея, — заметила Лиза.

— Нездоровая пища, — поморщился Ершов, — сей босс явно страдает ожирением, если сам так питается.

— Давайте лучше сразу к делу, — предложил Коробков. — Таня, ты не против, что я рулить начал?

— Нет, — ответила я, — все правильно. Не стоит вести пустые разговоры. Кто первый?

Федор поднял руку."

"— Пшенкина Фаина оказалась деловой конкретной дамой.

Криса у нее в квартире нет. И никогда он там не жил. Брак фиктивный. У Фаины был авторитарный папаша, который даже после смерти решил управлять дочерью. Отец считал всех женщин дурами, а дочь самой главной идиоткой, поэтому до самой своей кончины не позволял ей принимать самостоятельные решения. Мать Пшенкиной рано умерла, отец воспитывал девочку один. Вернее, он нанял ей армию гувернанток, шофера, чтобы возил наследницу в школу, потом в институт, компаньонку, которая везде таскалась за Фаиной, чтобы та не подружилась с плохими людьми. Фая окончила вуз, стала работать, она оставалась девушкой в прямом смысле этого слова. У бедолаги просто не было возможности уединиться с мужчиной, цепные псы не дремали и кусали любого рыцаря, собиравшегося сорвать созревший абрикос. Сочный плод висел на ветке, потом стал плавно превращаться в курагу. Фае очень хотелось простого женского счастья, но отец постоянно говорил:

— Посмотри на себя в зеркало. Красоты нет, ума тоже. О какой любви может идти речь? Парням нужны мои деньги.