Одна кровь на двоих

Ты мне нужна к сентябрю здоровая, загорелая. С горящими глазами.

— Да я понятия не имею, как отдыхают, Кирилл Павлович! — ныла Машка.

— Вот и научишься! Все, это приказ, и обсуждению не подлежит! Давай мотай из Москвы в Турцию, в Грецию или там в Египет.

— Нет, в жару и к морю не хочу! Больше месяца, как приехала, а мне все солнце припекает.

— Еще лучше; В санаторий, дом отдыха или пансионат какой в глубинке, чтоб от раскопок твоих подальше, а то знаю я тебя — мотнешь, и все дела!

Машка пригорюнилась — куда она сейчас поедет? Да не купить вот так сразу путевку, в середине лета, в хороший дом отдыха, а в плохой или средний ей не хотелось.

"— Ну, не печалься, — убрал начальственный металл из голоса Кирилл Павлович, поняв, что добился своего, — компьютер у тебя с собой, ты со своей группой все время на связи, если что уникальное раскопают, так и быть, можешь поехать. Но это вряд ли, денег нынче мало, работы то и дело останавливают, так что нечего тебе там торчать. — Он порылся в своем органайзере, достал визитную карточку и протянул Машке. — Вот, звони.

Чтобы я ноги твоей здесь не видел! — громыхнул напоследок.

Хозяин «жирной» фирмы помог, и вчера вечером Мария Владимировна прибыла в пансионат, надежно укрытый от цивилизации в глубинах России, сам при этом ярчайший образчик достижений той самой цивилизации, от которой удалось спрятаться.

Пансионат и усадьба по соседству, за высоченным забором.

Странное существо человек!

Старается убежать от людей, машин, грохота и суеты, ищет местечко тишайшее, чтобы нико-го-никого вокруг, дабы надышаться, подумать в неспешности чистой природы.

Хорошо! Выехал на природу, подальше от людей!

«Чего умничаешь? — одернула себя Маша. — А сама-то! «Мне что-нибудь поглубже в природу, подальше от суеты, шума и по высшему разряду». Молчала бы уж! Небось на байдарках сплавляться не потащилась и в палаточку с костерком в ча-шобе непролазной комаров кормить не захотела.

— И что тут у тебя происходит, Мария Владимировна? — спросила себя вслух. — То про детство вспоминаешь, то критике и философствованию предаешься. Сбрендила? Устала.

И не понимала, как сильно устала. А сейчас поняла.

Такой многолетней, закаменевшей, чугунной усталостью.

И хотя развод был легким, как-то между делом, но пять лет не скомкаешь, как ненужную бумажку, и не выбросишь в мусорник.