Одна кровь на двоих

Папа так шутил:

— Ты теперь, Машка, барышня при хфыгуре!

Все это она знала и сама себе нравилась, носила каблучки, коротенькие юбочки, подкрашивала глазки, училась томным движением руки откидывать назад волосы.

И готовилась к исторической встрече, ни на граммульку не сомневаясь, что поразит Диму!

Поразит, он в нее влюбится... и далее по сценарию счастливой принцессы с известным счастливым исходом событий.

И поразила!

Первое, что она спросила у встречающей ее на перроне бабушки, когда сошла с поезда:

— Дима здесь?

— Здесь, здесь твой ненаглядный! — смеялась Полина Андреевна.

Весь вечер Машка бегала к дверному глазку при любом шорохе на площадке или звуке открывающихся соседских дверей, высматривая Диму.

И увидела-таки!

Ей хотелось распахнуть дверь, кинуться ему на шею, но у нее был план, продуманный до мелочей, в который никак не вписывались девчоночьи прыжки и крики радости.

Увидев в глазок поздно вечером открывающего дверь своей квартиры безмерно любимого, она беззвучно визжала, чтобы он не услышал, и подпрыгивала на месте.

А когда они с бабушкой перед сном пили чай на кухне, Полина Андреевна, сочувствуя внучке, все же огорошила ее известием:

— Машенька, а Димочка женится.

— Как свадьба? — не могла поверить в такую несправедливость Машка.

— Так — свадьба.

— Нет! — отказываясь понимать, покачала Машка головой. — Не может быть!

— Отчего же не может? — уговаривала Полина Андреевна, посмеиваясь.

— А я?! — обосновала Машка препятствие матримониальным планам.

— А ты для него еще мала. На тебе он жениться не может.

Машка расплакалась и, убежав к себе в комнату, уткнулась в подушку и.

— Ничего! Он меня увидит и не женится ни на ком другом!

Утром она встала в шесть часов по будильнику. Нагладила платье, изничтожив самые малюсенькие складочки и намек на складочки тоже, накрасилась, уложила локон к локону гриву, обула каблучки, взяла сумочку и заняла наблюдательный пост номер один у дверного замка."

"Ждать пришлось долго.

Полина Андреевна подсмеивалась над внучкой, подначивала ее., шутила:

— Машка, а если тебе в туалет приспичит ты меня в караул поставишь принца твоего ждать или терпеть будешь?

— Ну, бабушка-а-а, — обижалась Машка.

Бабушка смеялась, но приносила на «пост» то чай с бутербродом, то фрукты — подкрепить влюбленную внученьку.

И свершилось!!

Дима вышел из квартиры и стал закрывать на ключ дверь.

Настал! Настал звездный час Марии Ковальской!

Она распахнула дверь, крикнула «взрослым» ровным голосом в глубину квартиры:

— Бабушка, я пошла!

И вышла долго тренируемой в Москве перед зеркалом походкой на лестничную площадку.