Огонь и сера

Д'Агоста закончил. Поблагодарив напарника, Пендергаст достал сотовый и позвонил в справочную. Получив нужный номер, набрал его и коротко переговорил.

– Понсонби примет нас, – сказал он, убирая телефон в карман. – Правда, без особого желания... Мы уже близко, Винсент. Фотография доказывает, что все четверо встречались. Теперь надо точно узнать, где они встретились и – самое главное – что же произошло во время той судьбоносной встречи, что связало их на всю жизнь.

Пендергаст поддал газу. Д'Агоста украдкой глянул на него – в азарте товарищ выглядел словно гончая, взявшая след.

Через девятнадцать минут «роллс» уже катил по Нассо-стрит. Слева проплывали старомодные магазинчики, а справа посреди ухоженных лужаек возвышались готические здания студенческих общежитий. Пендергаст аккуратно припарковался и, скормив счетчику монетку, кивнул толпе студентов, выпучивших глаза на «силвер-рейт» 59-го.

Со стоянки Пендергаст и д'Агоста направились к массивным железным воротам, через которые вышли к гигантскому фасаду Файерстоунской библиотеки, самой большой в мире библиотеки с открытыми стеллажами.

У стеклянных дверей их дожидался маленький человечек с сальной седой шевелюрой. Именно таким д'Агоста и представлял себе профессора Понсонби: суетливым, старомодно одетым педантом. Не хватало только вересковой курительной трубки.

– Профессор Понсонби? – обратился Пендергаст.

– А вы агент ФБР? – прогнусавил ученый, демонстративно взглянув на часы.

«Опоздали-то на три минуты», – подумал д'Агоста.

– Да. – Пендергаст пожал Понсонби руку.

– Вы не сказали, что с вами придет полицейский.

Д'Агосте очень не понравилось, как профессор произнес последнее слово.

– Разрешите представить: мой напарник, сержант Винсент д'Агоста.

Профессор с видимой неохотой пожал д'Агосте руку.

– Должен сразу предупредить, агент Пендергаст, мне не очень-то по душе эта встреча. Не пытайтесь меня запугать и выспрашивать о бывших студентах.

– Не стану. Где нам можно поговорить, профессор?

– Вон там, на скамейке. Я бы не хотел видеть агента ФБР и полицейского у себя в кабинете. Не возражаете?

– Не возражаем.

Твердым шагом профессор направился к скамейке и там, усевшись, закинул ногу на ногу.

Понсонби достал из кармана вересковую трубку, вытряхнул остатки табака и стал набивать ее заново.

«Вот теперь, – подумал д'Агоста, – он настоящий профессор».

– Вы, – начал Пендергаст, – случайно, не тот Чарлз Понсонби, который выиграл медаль Беренсона в области истории искусств?

– Он самый. – Профессор достал коробок спичек и прикурил, едва слышно зашипев табаком.