Огонь и сера

Из того, что я уже видел, могу заключить: у Бака – четко выраженная психопатология. Налицо симптомы маниакального синдрома, возможно даже, комплекса мессии. Есть большая вероятность, что Бак страдает манией преследования. И я бы не рекомендовал посылать к нему группу спецназа. – Он задумался, сделав паузу. – Прочие люди в лагере – просто последователи. Они ответят в точности, как ответит Бак: жестоким сопротивлением или же сотрудничеством, то есть последуют примеру лидера. Можно предположить, что движение распадется само собой, если изолировать Бака.

– Так и есть, – сказал Грэйбл.

 – Но как это сделать без помощи спецназа?

– Насилие здесь – последний метод. Я бы порекомендовал отправить в лагерь офицера или двоих – безоружных, настроенных дружелюбно, предпочтительно симпатичных женщин. Так мы и выманим Бака. Арестуем без провокаций, быстро и с хирургической точностью. Городок рассосется за день, а последователи уйдут к другому гуру, на концерт «Грейтфул Дэд» или еще куда. В общем, вернутся к прежним занятиям. – Еще один долгий вздох. – Я решительно рекомендую поступить именно так.

Хейворд не удержалась и закатила глаза.

Бак – шизофреник? По его речам, которые так бережно цитирует «Пост», ни за что не скажешь, будто у преподобного нарушен мыслительный процесс.

Рокер, собиравшийся было перейти дальше, заметил выражение ее лица.

– Хейворд, вам есть что возразить?

– Да, сэр. Я, конечно, согласна с некоторыми суждениями мистера Уэнтворта, но при всем моем уважении не могу согласиться с его советом.

Уэнтворт посмотрел на Хейворд с сочувствием, как смотрят на неучей. Конечно, его следовало бы назвать «доктор», а никак не «мистер».

Но сейчас уже поздно, а неприязнь психолога сделалась почти осязаемой. Ну и пошел он!

– Такого понятия, как «арест без провокаций», не существует, – продолжила Хейворд. – Не сработает ни одна попытка проникнуть в лагерь и увести Бака. Если он и безумен, то безумен, как чертов гений, и откажется пойти добровольно. А как только появятся наручники, ваши «предпочтительно женщины», как бы привлекательны они ни были, попадут в скверную ситуацию.

– Комиссар, – вмешался Грэйбл, – этот человек издевается над законом. Я каждый день получаю тысячи звонков от бизнесменов и жителей Пятой авеню.

А раз уж они звонят мне, то наверняка звонят и мэру. – Он замолчал, позволяя фразе осесть в умах.

– Я, представьте себе, в курсе, что они звонят мэру, – невесело произнес Рокер.

– Тогда вы знаете, сэр, что мы не в состоянии позволить себе роскошь сидеть и ждать. Нужно что-то делать. Может, есть альтернативные решения? Наверное, капитан Хейворд уже нашла идею получше? Хотелось бы выслушать. – Тяжело дыша, Грэйбл откинулся на спинку стула.