Отец моего ребенка

Может, поздравить его с тем, что он своего добился? Пусть и не тем способом, каким ему хотелось. Стоило только ему вернуться, как моя жизнь вновь покатилась под откос. Если бы можно было выбрать, я бы предпочла правде сладкое неведение — никогда не знать, что сделал Антон. Я верила ему, доверяла ему самое дорогое — своего ребенка. Сознание почти не зафиксировало моменты, когда мы приехали, как поднимались на лифте в квартиру Волкова. Именно Павел отправился мыть с ребенком руки, а я просто сидела в кухне. Очевидно, заметив мое состояние, Волков решил взять инициативу на себя.

Когда дочь попросила ряженку, я просто напомнила ему, что нужно обязательно погреть перед тем, как давать ее Катюшке. Волков покормил ребенка сам. Катюша уже вовсю зевала. Кажется, еще немного, и она заснет прямо на стуле. Похоже, от купания придется отказаться. Обычно мне это сложно — я люблю четкий график, но сейчас мне это на руку. Каждая минута показного спокойствия дается с трудом. Я всегда умела справляться с эмоциями, но сейчас я на пределе. Осталось всего лишь переодеть ребенка в пижаму и рассказать сказку. В этот раз мне попалась «Золушка».

Самая нелюбимая мной из всех сказок. Хотя бы потому, что в реальности так не бывает — лично у меня не вышло. Катя уже почти заснула, когда я поняла, что терпеть сил нет. Слишком многое произошло за последний месяц. Мне нужно побыть одной. Лучше с Катей побудет Павел, чем я сорвусь при малышке.

Отправилась в гостиную. Сложно, когда у тебя нет своего уголка, куда можно забиться. Хотя от боли внутри себя не так уж легко сбежать. Я уже даже не знаю на кого злюсь больше: на Антона, Павла или на себя. На идиотку, которую жизнь ничему не учит.

Хотелось все крушить, лишь бы как-то избавиться от всепоглощающей боли, выжигавшей все изнутри. Разбить что-нибудь вдребезги. Напиться — безумная банальщина, не говоря о том, что в мой ситуации это не самый правильный поступок. Вот только важно ли сейчас, что правильно?

Успокоительное было бы лучшим выходом, вот только я устала поступать правильно, ни к чему хорошему это все равно не приводит.

Я отлично знала, где Павел хранит алкоголь. Пусть эта другая квартира, но привычки у него все те же. Налила виски в первый попавшийся стакан.

Даже не подумала ополоснуть его. Холодная жидкость обожгла горло. Сейчас мне было плевать, даже если сюда зайдет Павел и что-то мне скажет. Наверное, я устала бояться, что Катюшку у меня могут забрать. Устала держать дистанцию с Павлом, чтобы Антон ничего не подумал и не сделать ему больно. Устала сама со всем справляться.

Еще стакан. В конце концов, я же сегодня отмечаю свою сорвавшуюся свадьбу. Сорвавшуюся во второй раз. Пусть в этот раз и по моей инициативе. Почему-то от этого менее больно не становилось.