Пария

Оттана была очень красива, той яркой классической южной красотой, которая завораживала и восхищала."

"В противоположность ей, Хорн становился все мрачнее. И пусть моя симпатия почему-то не исчезала, по-настоящему жаль его не было. Выбор есть всегда. Мы каждый день выбираем свою жизнь. Даже в мелочах. Взять на завтрак пирожное или запеканку. Вызваться первым на практике или подождать, пока тебя вызовет учитель. Проглотить оскорбление или ответить на него равнозначно. И так далее. Торус выбрал, теперь это его жизнь.

Я слышала, на него начали жаловаться учителя. Первый студент пятого курса скатился до незачетов и прогулов. Какой позор.

Когда мы встречались в коридорах школы, он впивался в меня злым голодным взглядом, от которого у меня бежали мурашки по коже. А так как я почти всегда была рядом с наследником, то ни подойти, ни высказаться он не мог. Наверное, это его еще больше раздражало.

Мы случайно столкнулись на раздаче в столовой. Или не случайно. Как назло, Эдвард задержался на практике, а Хорн, словно давно карауля, встал вплотную за спиной.

– В девять на заднем дворе, там, где мы расстались, – быстро прошептал он мне в затылок, потом обернулся к соседу сзади и, словно ничего не произошло, продолжил разговор о предстоящей практике.

Как мне не было любопытно, я не пошла на свидание. Зачем? Опять будет предлагать стать любовницей? Что он еще может предложить?

На следующий день, встретив Хорна в коридоре, увидела неприкрытую ярость в его глазах. Челюсти были сжаты так, что желваки ходили ходуном, гневные красные пятна цвели на скулах. Судя по всему, он сдерживается изо всех сил, чтобы не подойти и не прибить меня на месте. Я невольно поежилась – может ли страсть перерасти в ненависть? Казалось, Хорн сейчас способен на что угодно, на любую сумасшедшую глупость.

– Что это с ним? – поинтересовался Эдвард, тоже заметив убийственный взгляд в нашу сторону.

– Не знаю, – пожала плечами, – невеста разозлила?

– Она может, – согласился наследник, – Хорн в последнее время сам не свой. Срывается по любому поводу.

Я настойчиво потянула Эдварда за локоть и завела в аудиторию, подальше от неадекватного ария. Мы сели за первую парту.

– Интересно, – с улыбкой повернулась к парню, – на всех мужчин так влияет женитьба? Что же вы ее боитесь, как огня?

– Скажу, когда женюсь, – пожал плечами он.

После лекции наследник задержал меня в коридоре.

– На выходных мне нужно быть во дворце, – произнес он хмуро, – мать вызывает.

Я сокрушенно вздохнула – опять предоставлена себе. Ничего, напишу еще одно заклинание – давно хотела научиться вскрывать замки. Нужно всего-то сжать затворную пружину и освободить рычаг. Должно быть просто. Потренируюсь на своей двери. Я уже вытаскивала и разбирала замок, постигая как он устроен.