Печать Пожирателя (СИ)

Ребята спрашивали, видел ли я, как они разделали стихийников, подкалывали, что теперь меня отправят на скамейку запасных — но я ничуть не обижался. Друзья были воодушевлены победой, и я их понимал.

Сам чувствовал моральное удовлетворение — даже безотносительно Эфира.

Последним написал Вещий.

«Как всё прошло?» — осторожно поинтересовался он.

«Блестяще! Смотрел трансляцию?»

«Да я не о том…»

«Всё в порядке, Олег, не переживай. Если бы кто-то что-то заметил — мы бы сейчас не говорили, хехе!»

«Ладно…»

«Давай не поднимать эту тему, „во избежание“, лады?»

«Ок»

«Я отправлю тебе форму с посыльным сегодня, как доберусь до дома.

«Бывай, Апостол»

Отключившись, я написал Илоне и поделился хорошими новостями. Подруга обрадовалась (моему скорому приезду куда сильнее, чем нашей победе), в очередной раз напомнила адрес отеля, и сказала, что как раз едет на встречу с торговцем редкостями.

Оказавшись дома, я проверил собранные накануне вещи. Много всего брать с собой не стал — только большую спортивную сумку, в которую уложил пару комплектов вещей, свой доработанный «бронированный» костюм, запас энергокристаллов, пустых и полных, небольшой алхимический набор, пару самодельных запасных амулетов.

"Основные из них была на мне, как и кольцо с Бунгамой (заснувшей после сегодняшних «трудов» на неопределённый срок), как и перчатка Вальтера. Хвала Эфиру, у неё была одна любопытная особенность — никакие сканеры, ни магические, ни технические, не определяли её как артефакт!

Лишь я своим магическим зрением мог понять, что это такое!

Так что можно было спокойно пересекать любые границы и избегать любых (ну почти) проверок. По крайней мере тех, которые стандартизированы.

Ну и разумеется — амулет с Эфиром. Была мысль оставить его в банковской ячейке, где хранилась книга Пржевальского, но… Оставлять без присмотра такую ценную вещь… Нет, на такое я не пойду!

Подумав об этом, я вспомнил ещё кое что, и вызвал Мунина.

Ворон прилетел через пару минут — снова ошивался где-то поблизости со своей стаей. Сев на подоконник, он громко каркнул и мгновенно схарчил один из последних кристаллов с проклятиями, которые у меня были.

— С-КАР-сибо!

— Да на здоровье, — я погладил его по крылу, — Слушай, мне надо будет уехать на какое-то время.

— КАР-нечно!

— Чудно. Сам отыщешь Петербург?

— Кар!

Это значило «конечно!»

— Я умный!

— Умный, умный… — вздохнул я, — Да и связь у нас уже нормальная. Найдёшь меня, если позову?

— Кар!

— Ну значит договорились.

Мунин клюнул меня в палец, хлопнул крыльями — и был таков.

Я же сел на кровать и задумался.

Итак, какой у меня план?

Неделя в Петербурге — раз.