Подарок для герцога. Вернуть отправителю!

– И Ла… Ла… Лавайну…

Так звали светленькую мерзавку из театра, да?

– Договорились… Ализ-с-с… – прошипел сквозь зубы, захлебываясь удовольствием.

– А на нэллу… Робертинью… даже не смотри!

О, вот и имя вспомнилось.

– Про нэллу и мыслей ни разу не было! – озадаченно закашлялся Габ. – Хорошо, и на Робертинью – не смотреть.

– Мо-о-ой герцог… – простонала, сжимая простыню кулаками.

– Да, Ализа. Только твой.

Глава 17

Неделя шла за неделей. Сатар зализывал раны, Пьянь возводила новые стены и укрепляла южные ворота.

Габ восстановился, воины встали на ноги. Первый этаж замка обрел первоначальный, степенный вид.

Пока герцог отдыхал от войны в Грейнхолле, за Туманными Рубежами присматривал его верный помощник Бланко. Учеба в академии возобновилась, но Габриэл меня не отпускал. Списывал на то, что город недостаточно укреплен, но я догадывалась, что дело в другом. Мысль о расставании для него была так же мучительна, как для меня.

Во всяком случае, хотелось в это верить.

Густой туман на полях Вандарфа не появлялся, и однажды я решилась на разговор об Ахнете.

Пришла к Габу в кабинет, постучалась робко, собираясь подождать на диванчике, пока он освободится от карт и донесений. Однако муж, увидев посетительницу, небрежно смахнул бумаги со стола и поманил меня пальцем.

Усадили меня не на диванчик, а на колени – твердые и шуршащие плотной форменной тканью.

– Ализа, – опознал он с улыбкой. – Соскучилась, моя герцогиня?

– Да, но… я пришла не поэтому.

В конце концов, мы не австралийские кролики. Иногда можно и поговорить. Если верить огорченной мине супруга, он с этой идеей не соглашался.

Я ласково отстранила от себя губы, напрашивавшиеся на поцелуй. Накрыла их двумя пальцами, требуя тишины.

– Ты спрашивал, откуда у меня появилось противоядие. Это слезы хары, волшебная птичка плачет только для демонов. Я встретила одного в Пьяни, когда тебя ранили… Ждала подходящего момента, чтобы рассказать. Точнее, ждала я тумана, но он не появляется, так что…

– Встретила демона? Где? – обеспокоенно спросил герцог, оглядывая меня на предмет новых или старых ран. Или дыр от рогов.

– В храме на горе. Он был сильно ранен… Предполагаю, что тобой, – проронила тихо, ерзая на онемевших коленях.

– А я, выходит, был ранен им? – медленно произнес герцог. – Я помню того, которого встретил на мосту. Прямые черные рога с насечками, рисунки на плечах, алый медальон.

– Ахнет. Так его зовут.

Я осторожно кивнула и опустила глаза. Было непросто выуживать слова из горла – они цеплялись за язык, скребли нёбо и не желали выходить наружу. Но я должна… Должна собраться с духом и рассказать.