Без чувств

 — Кто это, и что ты с ними сделал?

— Сейчас пройдет, прогони через себя силу!

— Н-не могу. Такое впечатление, что она где-то уже работает. Без меня, — Лина ошарашено посмотрела на мужа. — Такого же не может быть, правда?

Не менее озадаченный магистр замер и оторопел еще больше — это он! Он «взял взаймы» силу жены, и держал под заклинанием стазиса всех артистов, их лошадей, и без усилий удерживал магию незадачливого мэтра-похитителя.

Он, совсем забыв, что его резерв уменьшился больше, чем наполовину, просто магичил, как всегда. И от волнения не обратил внимания, что оперирует большими силами, чем у него оставалось после консуммации брака.

— Ты берешь мою магию? — осторожно уточнила Аэлина.

— Похоже, да, — растерянно ответил герцог. — Никогда о таком не слышал, не понимаю, как я это делаю.

Лина прикусила язык — в памяти всплыла книга об истории магов, страница, где рассказывалось о магических парах.

— Потом выясним, сейчас надо возвращаться, — выдернул ее из размышлений герцог. — Раз почти вся общая сила сейчас у меня, сиди смирно, я тебя сам полечу.

— Хватит — на всех? — Лина кивнула в сторону статуй артистов.

— Хватит, — спокойно ответил муж и принялся за дело.

Спустя несколько минут Аэлина почувствовала заряд бодрости и жажду движения. Ничего не болело, не гудело, не жгло и не саднило — организм фонтанировал здоровьем и энтузиазмом.

— Можно, я их немного побью? — спросила она, плотоядно глядя на изваяния.

— Не стоит тратить время. У меня там, на тракте, работа по контракту брошена. Не хотелось бы, чтобы кто-то подобрал — откат от невыполнения договора прилетит знатный. Могу не выжить.

— Тогда, поспешим! — всполошилась девушка.

Обойдя все повозки, герцог убедился, что кроме бродячих артистов там нет никого постороннего, и вернулся к обездвиженому магу.

— Кто ты? — выдохнул тот, когда Стефан вернул ему способность говорить.

— Наёмник, — пожал плечами герцог. — Неправильные вопросы задаешь — что тебе до меня? Или, твоя собственная участь больше не заботит?

— Что ты собираешься со мной сделать? — тут же поинтересовался мэтр. — Клянусь, я больше никогда…

— На твоем месте я бы не зарекался, — усмехнулся магистр. — Моя собственность физически не пострадала, только морально. За это я заберу у вас всё, что мне понравится.

— Забирайте, что пожелаете! Только жизнь оставьте!

Стефан усмехнулся — план у него возник еще тогда, когда он слушал разглагольствования незадачливого похитителя.

Ясно, что дальше в виде рабыни он Аэлину не повезет.

Нет, нет и еще раз — нет.

Но впереди Андастан с весьма своеобразным отношением к женщинам. Их боготворят, берегут, прячут и, одновременно, их покупают, продают, используют в борделях и как личных секс-рабынь.