Преступление высшей пробы
О чём книга «Преступление высшей пробы»
Взгляды медленно скользили между обложкой и чистым столом. Я чувствовала себя дремлющей птицей, пока на прикроватном столике стояли часы — десять часов утра. Отложив планы на сегодняшний день, я задумчиво смотрела на будильник, напоминающий о том, что нечего делать в такую рань. Краска летней жары уже отступила, и город казался чудесным местом, где каждый шаг открывает новые загадки — как ни странно, именно это заставило меня взяться за свой новый расследование....
— Нет, — старик задыхался, — не надо обыск…
Он задыхался все сильнее, запрокидывая голову и пытаясь говорить.
— Нет… О… Олюшке не… не го… во…
Он не смог закончить фразу, судорожно вздохнув и запрокинув голову.
Я принялась поспешно тыкать в клавиатуру на смартфоне.
— «Скорая»? Срочно! Человеку плохо! Сердечный приступ! — кричала я, пытаясь при этом поддерживать голову старика.
Тот еще несколько раз вздохнул, потом, резко выгнувшись, на несколько секунд застыл, глядя прямо перед собой безумными глазами. Вдруг он резко дернулся и сразу обмяк, сползая на сиденье.
Вглядевшись ему в лицо, я поняла, что все кончено. Митченко умер прямо у меня в машине, не успев явиться с повинной.
— Алло! — звучал требовательный голос диспетчера «Скорой помощи». — Алло, девушка, диктуйте адрес!
— Извините, ошибка, — проговорила я и нажала «отбой».
Юрию Валерьяновичу врачи уже не помогут. Вместо этого я набрала номер полковника Кирьянова.
— Да, Татьяна Александровна, задали вы нам задачу, — негромко проговорил следователь Белояров.
Мы втроем — я, Кирьянов и Белояров — слушали признание Митченко, которое я предусмотрительно записала на смартфон.
— А по-моему, все ясно, — устало отозвался полковник. — Если бы не Татьяна, раскрывать нам это дело до морковкина заговенья. Признание — вот оно. — Киря кивнул на смартфон. — Факты неоспоримы.
— Ну что ж. — Следователь не стал возражать. — А насчет этой броши…
— Я этим займусь, — заявил полковник.
Следователь внимательно изучал бумаги, и я, улучив момент, сделала полковнику знак.
Тот едва заметно кивнул в ответ.
— Ну что ж, — вслух заявила я, — если я здесь больше не нужна, то, с вашего позволения, мне пора. Надо еще кое-что уладить.
— Конечно. — Следователь поднялся из-за стола. — И еще раз примите мою искреннюю благодарность, если бы не вы…
— Не преувеличивайте, — скромно отозвалась я, — именно благодаря официальному расследованию я поняла, в каком именно направлении надо действовать.
Полковник с насмешливым видом слушал, как мы обмениваемся любезностями.
Когда я вышла из кабинета и медленно пошла по коридору, полковник нагнал меня уже у самого выхода из управления.
— Ну, рассказывай, что ты еще задумала, — потребовал он, и в его прищуренных глазах запрыгали насмешливые искорки.
Я коротко рассказала Кире о своих предположениях, где именно может находиться та самая брошь, «черная реликвия», как мысленно прозвала я ее, ставшая причиной преждевременной гибели двух пожилых людей.
Полковник внимательно выслушал меня и кивнул.
— Ну что ж, — серьезно сказал он, — думаю, ты и на этот раз не ошиблась. Так что действуй по своему усмотрению, я мешать тебе не стану. А если потребуется помощь, я всегда на связи.
