Прятки

Лошадь чувствовала неуверенность наездника и никак не хотела стоять спокойно, все время переступая с ноги на ногу.

Вцепившись мертвой хваткой теперь уже в поводья, Ариашари ждал дальнейших инструкций.

— Колени держи постоянно прижатыми к бокам лошади. Поводья должны быть слегка натянуты. Если хочешь подогнать лошадь, ударь ее каблуками. Если остановить, натяни поводья, — следя за тем, чтоб его указания четко выполнялись, Нардан быстро оседлал своего жеребца и подъехал на нем к Шади. — Спину держи прямо!

Мгновенно выпрямившись, начинающий наездник, проанализировал свои ощущения и пришел к выводу, что не так уж все и плохо! В это время повозки начали свое движение.

Осторожно тронув бока кобылы пятками движение начал и он. Нардан ехал рядом и внимательно следил за Шади, чтоб в случае чего успеть среагировать.

Караван шел неторопливо, и всадникам не было нужды переводить своих скакунов с шага на более быстрый способ передвижения. Ариашари решил, что вполне освоился и даже как-то расслабился. Потянуло пообщаться.

— Нард, а как мою лошадку зовут?

— Не знаю даже… — немного помолчав, отозвался мужчина.

 — Как-то не интересовался. Назови, как хочешь.

— А твоего как зовут?"

"— Э-э-э-э…. Гром! — после секундного замешательства, выдал Нардан.

— Это ты только что придумал, да? — Шади, слегка прищурившись, внимательно смотрел на него.

— Да. И что? — Слегка смутившись, с вызовом спросил граф, в упор глядя на парня. Ариашари отвернулся, надув губы. Было непонятно, то ли он обиделся, то ли придуривается.

— Эй, ты чего?

— Думаю! — с видом: чего пристал, не видишь, я сильно занят, ответил Шади.

Сраженный логикой просто на повал, Нардан отвернулся, периодически с любопытством поглядывая на парня.

Тот, то хмурился, то делал бровки домиком, как будто споря сам с собой. В который уже раз, граф поразился несоответствию сложившегося у него образа Правителя Арджи с ехавшим рядом парнишкой. Живой и ехидный Шади, совершенно спокойно отреагировавший на отведенную ему роль девушки, кстати, надо не забыть выяснить, почему так, никак не хотел ассоциироваться с Лучезарным, напоминавшим скорее ледяную статую. Если бы Нардан своими глазами не видел и своими руками не участвовал в процессе перевоплощения, решил бы, что это дешевый обман.

Сожалея о том, что допрос с пристрастием прямо сейчас устроить нет никакой возможности, он огляделся. Увиденная картина заставила нахмуриться. Повышенное внимание к Шади со стороны мужского контингента каравана никуда не делось. Кто-то все время крутился неподалеку. Правда, приближаться не пытались.

Взбунтовавшийся, ни с того ни с сего, инстинкт собственника не позволял оставить все как есть, решительно требуя как-то обозначить свои права на объект всеобщего интереса.