Прятки

Спустя некоторое время появился Юнг и объявил сбор через полчаса. Народ засуетился.

— Подождешь здесь или со мной поднимешься? — спросил Нардан, поднимаясь из-за стола.

— С тобой. Мне волосы убрать надо. Оценив на глаз сияющее великолепие, граф не удержался от вопроса:

— За каким бабром тебе такие длинные? Неудобно ведь!

— Тут вопрос не удобства, а статуса, — спокойно заметил Шади.

— Не понял.

— Чем длиннее волосы у мага, тем выше он во внутренней иерархии. — Ариашари пожал плечами, пропуская Нардана в номер первым.

— А-а-а. Ясно. То есть ты крут?

— Крут, — сдержано кивнул парень, разыскивая расческу в необъятных глубинах своей сумки.

— Слушай, а Верховный, тогда как же? Он же лысый! А вроде считается сильным магом? Ариашари звонко рассмеялся.

— А Верховному не повезло! Облысение лечить, пока не научились. Знаешь, как он бесится? Приятно посмотреть.

— Да уж, — хохотнул Нардан.

Подождав пока Шади закрутит какую-то хитрую каральку из волос, Нардан уже привычно подхватил сумки и пошел во двор. Надо было проверить и приготовить лошадей. Ариашари поспешил следом.

Основная масса их попутчиков была занята тем же. Во дворе гомонили люди, ржали лошади, возницы выводили телеги и выстраивали их по порядку друг за другом.

— Эри Шади! Нард. Доброе утро, как спалось? — Тайран излучал просто заоблачное счастье. У Нардана сразу свело челюсти, и ответная улыбка вышла кривой.

— Нормально.

— Ой, просто замечательно! — это Шади зачирикал. Тайран тут же переключился на него.

Глухо рыкнув, но про себя, Нардан занялся Громом и Дуней. Проверив все как следует, он повернулся к сладкой парочке.

— Все готово? Юнг уже трубил сбор.

— А где Фесхе? — мрачно поинтересовался граф.

— Как где? На посту конечно. Нам вообще-то выезжать пора, ты уже минут десять копаешься! — с изрядной долей возмущения отметил юноша. Нардан радостно оскалился.

— Тогда вперед!

И широким жестом указал на лошадь, отходя от нее на пару шагов, тем самым предоставляя Ариашари самостоятельно покорять седло. Скептически переглянувшись с навострившей ушки Дуней, они синхронно посмотрели на Нардана.

— Дуня, по-моему, нас не любят, — кобыла согласно всхрапнула."

"С тяжелым вздохом, призванным олицетворить вселенскую скорбь и несовершенство этого мира, Ариашари подошел к лошади и…. легко вскочил в седло. Подобравшийся было поближе, чтоб в случае чего помочь, Нардан, неэстетично уронил челюсть.

— Ну, долго тебя еще ждать? — глядя на него свысока, спросил Шади, приподняв бровь.