Пропавшая принцесса, или Зачет по родовой магии

А оскорбления любимой императрицы Илларии ни один уважающий себя житель империи не снесет.

К Леасу подскочили пятеро вооруженных мужчин. Старейшина, взглянув на меня в последний раз, засмеялся безумно и громко. Засверкали вспышки заклинаний, народ расступился, не понимая, что происходит.

– Он сам себя подставил. – Карнатар подошел ко мне. – Идем, Дейнатара.

Он был прав: я уже не была нужна там. Леаса скрутили, и теперь главной задачей охраны было оберегать Старейшину, чтобы его не растерзала разъяренная толпа.

Весть о заявлении принцессы очень скоро разнесется по всей империи.

– Дай мне эфира, – глухо сказала я, когда мы вернулись в комнату.

– Принцесса, – Карнатар тяжело вздохнул, – вам лучше прилечь.

– Дай мне чертова эфира! – Я рявкнула так, что перепугала какую-то служанку, прибежавшую на шум.

Я опустилась на пол.

– Не могу больше. Голова раскалывается, – простонала я. – Карнатар… Фар… кем бы ты ни был, пожалуйста…

Он протянул мне бутылочку, и, едва я отвинтила крышку, темнота, словно спасение, увлекла меня за собой.

– Вставай, Дейна! Надо проснуться. – Голос был мне знаком и почему-то пугал.

Я заворочалась, застонав от невыносимой головной боли и сорванного голоса.

– Дейнатара!

Мои глаза встретились с серыми безжизненными глазами советника.

– Боги! – Я вскочила. – Что… что было? Где я?

– Тише, – Карнатар помог мне сесть удобнее, – мы в Облачном Храме.

– Что?!

На меня навалилась вся тяжесть происшедшего – посещение Старейшин, разоблачение, заговор, борьба, площадь…

– Твой отец неправильно понял картину, открывшуюся ему, едва он вошел в кабинет.

– Какую картину?

– Ты без сознания, и я с бутылкой наркотика, расшнуровывающий твой корсет. Пришлось срочно уходить, прихватив тебя в качестве страховки. Прости.

– Хорошо. Я проснулась и готова все выслушать.

Он почему-то отвернулся к окну, не ответив мне.

– Карнатар?

– Дура ты, Сормат. – Карнатар закурил, присев рядом. – Самая настоящая дура.

– Я, может, и дура, – откликнулась я. – Но у меня душа есть.

– А у меня, по-твоему, нет? – Мужчина внимательно посмотрел на меня.

– Разве у монстров бывают души?

Он наклонился и прошептал мне в губы, чуть касаясь кожи:

– Души бывают у всех, кто способен думать. Даже у меня.

Я испуганно отшатнулась. Рука, прикованная к спинке кровати, взорвалась болью.

– Почему я связана? – спросила я, тупо глядя на наручники.

– Я не знал, какой будет твоя реакция. Ты любишь Кэдерна?

– Я… не знаю. Раньше думала, что люблю.

С ним можно было быть честной.

– Что изменилось?

– Я. Вы. Мир вокруг.