Разрешаю стонать

И тут же вместо «пожалуйста» получила увесистый шлепок по попе.

– Голову береги. У меня на нее еще планы, – маньяк сильнее притиснул мою безвольную тушку к своему каменному боку и потащил по просторному фойе вперед.

Вариант с побегом в такой ситуации даже рассматривать было нельзя.

Оставалось последнее.

Воспользовавшись короткой передышкой, пока мы ждали лифт, я принялась вертеть головой по сторонам.

Слева за широкими плечами и гладко выбритым подбородком виднелась барная стойка. С дорогой кофемашиной, высокими бутылками ароматных сиропов, стаканчиками и без единой живой души.

Справа – стойка портье с седым старичком. Весовые категории у него с Басманским, конечно, были разные. Звать на помощь негуманно. Но сейчас меня беспокоило только собственное спасение.

Лифт стремительно приближался к первому этажу, и медлить я не стала.

Резко вырвавшись из захвата, крутанулась к ресепшену. Раскрыла рот и громко произнесла:

– Не могли бы вы…

Закончить не удалось. На губы легла ладонь, и окончание фразы пришлось шептать между пальцев.

Старик, конечно же, мой шепот не услышал. Но голову поднял.

– Милочка, вы что-то сказали?

То, что у «милочки» зажат рот, он почему-то в упор не замечал.

– Все в порядке, Евгений Михайлович, дама со мной, – абсолютно спокойно, будто каждый день насильно таскает в свою берлогу женщин, произнес мой похититель.

От досады и злости я впилась зубами в один из пальцев. Прикусила, как соседская болонка хозяйские сапоги. Ее за это отправляли гулять. В одиночестве и в дождь, и в снег. Мне сейчас это было то, что нужно. Но двери лифта разъехались, и без всяких церемоний меня толкнули в пустую кабинку.

Теперь кричать о помощи или биться в панике было поздно. Паника, кстати, почему-то не возникла. Голубые глаза прожигали взглядом насквозь. На высоких красивых скулах ходили желваки, а я словно бояться разучилась.

По привычке, совсем как вчера, жалась спиной к стенке лифта. Крепко держалась за полы своей кофты. Ни капли не эротичной. И думала. Теперь уже без ненужных фантазий. О положении своем незавидном. О том, как за честь сражаться буду. И о чем-нибудь тяжелом, чем можно было огреть моего несостоявшегося босса по голове.

Так до пятнадцатого этажа и доехали. А потом раскрылись дверцы, и вместо коридора с номерами квартир передо мной оказался ресторан. Новенький, весь в металле и дереве. Явно очень дорогой.

– Ты поесть меня, что ли, привез? – вся злость от удивления схлынула.

– Расстроилась?

– Н-нет… А может, не надо?"

"Такой дурой я не чувствовала себя никогда. Мало того, что все уши гаду про изнасилование прожужжала, будто напрашивалась. Так еще и место это… я ведь здесь как Золушка была. Только без предварительного тюнинга от крестной.