Разрушу твою жизнь

Хотелось признаться ему в любви. Всего три простых слова. Но я открывала рот, глотая воздух, как выброшенная на берег рыба. И закрывала тут же. Страшно боясь оказаться отвергнутой.

Руки Шамиля неторопливо блуждали по моему телу. Будто он вновь с ним знакомился. Задевая острые вершинки сосков, спрятанные под тканью топика и кружевного бюстгальтера. Одежда раздражала нежную, возбуждённую плоть. Хотелось от неё избавиться. Но я не смела двигаться, загипнотизированная Шамилем. Как змея дудочкой.

– Подними руки вверх, – приказал, стаскивая с меня топик. Оставляя в простом тонком белье.

Опустился ниже, обхватывая губами тугую горошину соска. Втянул её в рот, играя с ним, поглаживая языком. Ткань стала влажной. Он слегка на неё подул. Спустил лямку с плеча, обнажая грудь. Накрыл её широкой ладонью. Взвешивая. Раздражая грубой кожей.

– Этот парень, с которым ты пришла. У тебя с ним что-то было? – интересуется Хозяин как бы невзначай. Будто ответ на вопрос для него не так уж и важен. Подняв взгляд от моей груди, секунду назад занимавшей всё его внимание.

Не представляю, о чём он. Точнее, о ком.

– Что? – уточняю, купаясь в его ласках.

Сжал возбуждённый сосок, оттягивая. Возмущённо ойкаю, не понимая, за что так грубо со мной.

– Ты с ним трахалась? – спрашивает, наклоняясь к моему ушку. Целует мочку, по-садистски сжимая плоть. Кусаю губу. Не зная, хочу ли я, чтобы он прекратил. Или продолжил.

– Нет, – выдыхаю. Хватаюсь за его плечи, пробуя заглянуть ему в глаза. – А ты с той козой, которая забрала мои чаевые, после того как ты попил кофе?

Шамиль сначала хмурится. Затем принимается смеяться. Зачарованно наблюдаю за редким природным явлением.

– Я её уволю, – вместо ответа на вопрос сообщает. – Как и охрану, которая была с тобой груба.

Начинаю раздражаться. Впиваюсь в его плечи ногтями, стараясь вновь не плюхнуться в тот морок удовольствия, в который он меня затягивает. Ласкает будто невзначай другую грудь. Проделывая с ней уже знакомый фокус. Сбивая моё дыхание.

– Ты с ней или с кем-то еще трахался, после того как тебя ранили? – шиплю, притягивая его к себе. – Эти медсёстры, что кружили вокруг тебя, явно с удовольствием залезли бы на твою больничную койку.

Начинаю злиться, вспоминая, как меня не пускали к нему в палату.

Шамиль смотрит на меня с улыбкой, убирая непослушную прядь с лица. Гладит большим пальцем мои щёки, полыхающие от чувств. Очерчивает контур нижней губы.

– Я тобой болен, мне ни врачи, ни медсёстры не помогут.

Кровь будто в одну секунду покинула жилы. Схлынула единым потоком в сердце. А затем разошлась горячей волной обратно по венам.

Если бы не сидела, точно упала бы.