Сияние

Шестеро из занимавших его гостей выехали из отеля досрочно, причем выглядели при этом откровенно больными. Постояльцы из других номеров тоже иногда съезжали в необъяснимой спешке. Одним августовским вечером 1974 года мужчина, гордо носивший Бронзовую и Серебряную звезды за отвагу, проявленную в войне в Корее (сейчас он заседал в советах директоров трех крупных корпораций и, как рассказывали, лично сумел навсегда убрать из эфира одного очень популярного телевизионного ведущего), вдруг совершенно беспричинно забился в истерике прямо на площадке для гольфа. И за время работы Холлорана в «Оверлуке» несколько десятков детей наотрез отказывались даже близко подходить к игровой площадке.

А с одной девочкой случился конвульсивный припадок, когда она играла в туннеле из бетонных колец, хотя Холлоран не мог в точности знать, стала ли она жертвой песен смертоносных сирен отеля. Говорили, что девочка – единственная дочь привлекательного киноактера – страдала эпилепсией и находилась под наблюдением врачей, а в тот день забыла принять положенную дозу лекарств.

Вот почему, глядя на труп миссис Масси, он был испуган, но не смертельно.

Чего-то подобного ему и следовало ожидать. Настоящий страх овладел им, когда она открыла глаза, продемонстрировав серебристые зрачки, и попыталась улыбнуться ему.

Страшно стало, когда

(она начала выбираться из ванны, чтобы пойти за ним.)

Он бежал с колотящимся сердцем и не почувствовал себя в безопасности даже после того, как захлопнул и запер дверь. Если уж на то пошло, признался себе Холлоран, застегивая молнию на дорожной сумке, с тех пор он никогда не чувствовал себя в безопасности в «Оверлуке».

А теперь еще и этот мальчик с его криком, с его зовом о помощи.

Он посмотрел на часы. Половина шестого. Направился было к входной двери, но только тут сообразил, какая суровая зима в Колорадо, особенно в горах, и вернулся к стенному шкафу. Достал длинное пальто с подкладкой из овчины, снял пакет, в котором сдавал его в химчистку, и перебросил пальто через руку. Это была единственная по-настоящему зимняя вещь в его гардеробе. Выключив свет, в последний раз огляделся по сторонам. Не забыл ли чего? Да. Конечно. Холлоран вынул из нагрудного кармана конверт с завещанием и сунул его под раму зеркала в трюмо.

Если повезет, потом он сам заберет его отсюда.

Но только если очень повезет.

Он вышел из квартиры, запер дверь, сунул ключ под циновку и сбежал по ступенькам вниз к своему «кадиллаку».

* * *"

"На полпути к международному аэропорту Майами, вдали от коммутатора отеля, телефоны которого с удовольствием прослушивали Куимз и его подручные, Холлоран остановился у торгового центра и из автомата рядом с прачечной самообслуживания позвонил в компанию «Юнайтед эйрлайнз».