Сказания Меекханского пограничья. Книги 1-5

Он улыбнулся, словно читая ее мысли:

– Нынче я князь, а ты ведь не спишь с князьями, верно?

Она не ответила, а когда он оделся и вышел, она произнесла молитву на начало нового дня, сделала серию упражнений с саблями и съела быстрый завтрак.

И только тогда поняла, что он так и не сказал вчера, зачем пришел, – и не сказал нынче, вернется ли.

Глава 2

Прежде чем вплыть в залив, они бросили якорь в четверти мили от берега и съели ранний обед. Медленно, не спеша. Йнао настояла на остановке, чтобы – как заявила – никого не поймать врасплох. Некоторое время назад среди ка’хоон появилась мода на быстрые рейды вдоль побережья, а недоступность его лишь увеличивала у молодых воинов жажду пережить такого рода приключение.

В конце концов, даже на самый отвесный клиф можно взобраться при помощи крюков и веревок. С того-то времени любой прибрежный клан наблюдал за океаном, и лучше было не подлавливать местных внезапным визитом.

Альтсин признал ее правоту. Правда, на мачте развевался знак ордена: две стилизованные ладони, охватывающие невидимый шар, но символ Великой Матери не гарантировал здесь полной безопасности, а стрела всегда быстрее слова.

Лучше будет позволить себя заметить и подождать приглашения.

Оно пришло пополудни, когда на высокой скале появилась фигура, размахивающая желтым флагом. Девушка легонько улыбнулась:

– Можем плыть. Нам покажут вход в залив.

Называть «заливом» трещину в скале, которая заканчивалась водяным глазком шириной в несколько ярдов, – такое наверняка вызвало бы ухмылку у Близнецов Моря, но на Амонерии именно подобные места и выполняли функции портов. У этой конкретной дыры стены оказались отвесны, как стены крепости, и имелась лишь одна узкая и негостеприимно выглядящая тропка, ведущая наверх.

Зато сам «залив» был снабжен чем-то вроде небольшого мола, выстроенного из вбитых в дно свай и нескольких досок, что давало понять: им пользуются не только в исключительных случаях визита неожиданных гостей. Йнао настаивала на том, чтобы и ей надеть монашескую сутану, пока они не убедятся, что повстречали членов дружественного, а не враждебного клана, а потому Альтсину пришлось брать на себя труд произвести хорошее впечатление.

Комитет по встрече состоял из трех мужчин: высокого для сеехийца старого воина в кожаном нагруднике, усиленном пластинками бронзы, и двух юношей в суконных рубахах, штанах и широких, вышитых сложными узорами поясах.

У всех были копья, топорики и широкие ножи, а у воина еще и короткий лук и колчан со стрелами.

Альтсин слегка поклонился, стоя на раскачивающейся палубе:

– Приветствую благородных мужей из рода уверунков.

По-сеехийски такие обращения звучали удивительно формально. Но, по крайней мере, это было лучше, чем обмен ударами.