Смерть особого назначения

А нам это нужно? Нет! Нужно, чтобы они со всей душой за нами гонялись, а про «Каракурт» даже и не узнали.

– Так давай пошумим немного, – предложил капитан. – Они и побегут, как тараканы на засохшие крошки хлеба.

– Угу. – Владислав невольно усмехнулся сравнению, которое применил Гайгер. – Это где ж ты видел тараканов, бегущих на крошки хлеба?

– Сам не видел, – признался Стефан. – Руди Вебер про «губу» рассказывал. Говорил, мелкие усатые уродцы его в дрожь приводили. Постоянно болтались по камере и совсем не боялись человека. Руди зверел, топтал их сапогами, но тут же прибегали новые.

– Вот прямо как фринов в этом болоте, – усмехнулся Быков. – Нутром чую, подмога к ним движется. Еще один карательный отряд. Потому и медлят гады, числом хотят задавить. Зауважали, тараканы...

– Так что, командир, пошумим? – повторил вопрос капитан. – Самое время, а?!

– Тадеуш, как с Максимом? – не ответив на вопрос, Быков обернулся к старшему лейтенанту Поулеску, который, кроме всего прочего, был фельдшером группы.

– Оглушило, но уже приходит в себя, – сделав укол пострадавшему товарищу, ответил Тадеуш.

– Вот и отлично! – обрадовался майор. – Значит, так! Тадеуш! Три, нет, даже пять минут даю, а потом вы с Полещенко двигаетесь назад, в сектор восемнадцать, как ранее спланировали. Стефан! Расходимся двумя «крыльями», занимаем позиции для снайперской работы. Только в воду не лезь, помни, там электроразряд смертельно опасен, куда бы ни целил фрин! Снимем по паре-тройке «героев» из числа тех, что сунутся нас брать, а потом уходим! Сигнал дам зеленой ракетой.

– Понял, командир! – отозвался Гайгер и тут же легко поднялся, не выпрямляясь в полный рост, побежал вправо.

Владислав сжал руку Максима Полещенко, подбадривая раненого, затем поднялся, бесшумно, но быстро направился в противоположную от Гайгера сторону. «Анаконда» не собиралась сдаваться или выходить из боя после первых потерь. Наоборот, майор Быков и его товарищи были полны решимости выполнить приказ командования, связать карательные отряды фринов долгим изматывающим поединком.

– Ну, как ты? – спросил Тадеуш, когда почувствовал, что Максима отпустило, товарищу стало легче. – Идти сможешь?

Тот не ответил вслух, только согласно мотнул головой, стал приподниматься, крепко обхватив руку старшего лейтенанта."

"...Слева и справа, через топь, протянулись колючие красные иглы. Где-то вдалеке, за спинами уходивших спецназовцев, раздался гортанный крик – чужой, низкий, вибрирующий. За ним – еще один. Полещенко, теперь двигавшийся почти без помощи Тадеуша, криво ухмыльнулся.