По ту сторону отражения

Она вначале выглядела удивленной, слегка смущенной, но ей нравилось то, что Кей делал, она закрыла глаза и робко целовала его в ответ. А потом, наверное, смутилась и стала смеяться, и это музыканту показалось невероятно милым. Обычно девушки начинали не смеяться, а требовать чего-то большего.

А дома, в тот вечер, когда Катя была у него в квартире, Кей ясно осознал, что влюбился.

Тогда ведь он совершил промах – из-за минутного порыва привел ее к себе (не без задних мыслей, между прочим), а тут, словно ведомая провидением, пришла мать, и девочку пришлось прятать, как какому-то малолетке, в собственной комнате.

Тогда Кей совершенно забыл, что приметный и любимый кулон с голубым топазом, некогда подаренный ему Алиной на удачу, находится там же, на тумбочке. Вспомнив это, парень похолодел – в его планы не входило открываться Кате до вечера Икс, когда ей предстояло сделать Выбор. Да и не только поэтому он испугался – на подсознательном уровне он понимал, что впечатлительная и правильная брюнетка с детскими глазами может вообще его оставить! Прямо в ту минуту. Поэтому Антон, оставив в недоумении собственную маму, бросился в соседнюю комнату, где стоял компьютер и принтер, чтобы на скорую руку сделать доказательство – «фото двух братьев». Вообще-то на фото Антон действительно был запечатлен с родным братом. Но дело было в том, что он и Кирилл сейчас были не похожи друг на друга, так, как, скажем, Рэн и Фил. В детстве Тропинины действительно были на одно лицо, а повзрослев, изменились. И поэтому Кею пришлось с помощью фотошопа подправить этот факт. И с Катей этот факт прокатил. Она поверила. Глупая."

"Но эта ее истерика… Она выбила парня из колеи.

И не потому, что девушка разбросала его вещи или выбросила кулон и связанные с прошлым вещи, нет, не поэтому. Просто в тот момент он ясно осознал, что не хочет видеть ее плачущей: от боли или от душевных переживаний. А ведь она плакала – некрасиво, даже смешно, рыдала, кричала, вдобавок еще и порезалась. Вот тогда, когда увидел посреди жуткого бардака ее беззащитную фигурку с поникшими плечами и обиженно-яростным взглядом, Кей понял, что попал. Влюбился. Не так страстно, как в свое время в Алину, но сильно и как-то по-другому. И одновременно открыл сам для себя, что его чувства могут быть глубокими и нежными. Да, тогда она определенно стала очень дорога ему. И все больше и больше привязывала к себе. Когда она плакала в зоопарке, он растерялся, когда писала ему сообщения, улыбался, когда она первой поцеловала его в университете, едва не сдох от счастья, когда увидел ее, красивую, на празднике дочери мэра, опять же едва не сдох – только от ревности. И когда видел с тупым фотографом – тоже.