Спаситель под личиной, или Неправильный орк

— Я её видел! Чем дальше — тем сложнее мне было вспоминать, кто ты на самом деле. Ещё и дед предложил обращаться к тебе, как к девушке. Вот ведь хитрец! Интересно, он догадывался?

— О том, что я на самом деле девушка? Конечно, с самого начала.

— Нет, я имею в виду — догадывался ли он о моих чувствах? В любом случае, к тому моменту, как мы вернулись, я был влюблён по уши в девушку Эллу, как никогда и ни в кого не влюблялся за всю свою жизнь, и приходил в отчаяние, когда всё же вспоминал о том, что на самом деле ты — Элай. Если бы я только знал!

Влюблён? Он на самом деле так сказал? Неужели мой дракон тоже испытывает ко мне такие же чувства? Если это так — не будет никого счастливее меня на всём белом свете!

— Я боялась, что узнав, ты отстранишься.

И никаких больше сидений у костра под одним плащом, и в карете тоже — а мне так нравились те моменты, когда Россина засыпала, а ты прижимал меня к себе, чтобы мне было удобнее сидеть. Я боялась всего этого лишиться.

— Ты бы не лишилась! — Вэйланд вновь поцеловал мою ладонь, потом вторую. — Я бы пользовался любой возможностью, чтобы к тебе прикоснуться, уж поверь.

И хотя бы уже не сходил с ума от того, что делаю что-то неправильное.

— Как тот человеческий король?

— Хуже! Он хотя бы не знал, что перед ним мужчина. А я знал. Думал, что знал. Но мне было всё равно. И ты не представляешь, как я обрадовался, когда ты призналась, что девушка. Да мне словно жизнь подарили, предварительно приговорив к казни. А уж когда я понял, что тебя тянет ко мне не меньше…

— Да, этот инстинкт. Странно, что и у меня он проснулся, я всё же не дракон, а ты — не младенец.

— Ох, Элла, именно об этом я и хотел с тобой поговорить.

Хорошая моя, к драконьему инстинкту это не имеет вообще никакого отношения.

— Разве? Но… меня же тянет тискать тебя! Мне так это нравится.

— Элла, тебя тянет ко мне, как к мужчине. Ты желаешь меня — вот что с тобой происходит. И это правильно и нормально, потому что и меня тянет к тебе по той же причине. Это — продолжение наших чувств, взаимное влечение. Только наше с тобой, понимаешь?

— Только наше? — я уже как-то привыкла думать, что это всё из-за «тискального» инстинкта. А теперь, оказывается, что нет.

— Только наше, — улыбнулся Вэйланд.

 — Мне захочется приласкать любого маленького дракончика, которого я увижу. Но ты — единственная, к кому я хочу прикасаться в двуногой ипостаси. Только ты, ты одна. И я очень надеюсь, что и я для тебя — единственный."

"— Конечно! — вспомнила полуобнажённого Глена. Даже мысли не возникло не то что прикоснуться — просто смотреть дольше необходимого. Да и остальные мужчины у меня такого желания не вызывали.

— И это наше влечение очень велико, настолько, что меня это не только радует, но и немножко пугает.