Странный мир

Рыбаков хватается за предплечье, в которое угодил отскочивший камушек.

– Уй-ю-у. – Он с трудом сдерживает дальнейшую тираду. – А если б в глаз?

– Так о том и толкую. – Виктория уже ковыряется в невесть откуда появившейся аптечке, капая из пузырька на салфетку. – Приложите. Синяк, конечно, будет, но существенных последствий для здоровья не ожидается.

Сонечка выглядит смущенной. Она прячет куда-то за пояс рогатку и оправдывается:

– От той мухи, что сидела правее, могло в горшок отрикошетить.

– Ну конечно. Горшок, он синяком не отделается, – сквозь боль шутит пострадавший.

 – А если бы ты мимо столба угодила и прямо в кого-то попала?

Едва договорив, понимает: его не поняли. Он сказал глупость – вот что сквозит из взглядов трех пар девичьих глаз.

– И вообще, по мухам чугунками не стреляют, – вдруг невпопад произносит средняя девочка.

– А по кому? – Разговор забавляет пограничника и позволяет ему отвлечься от ощущений в пострадавшей руке.

– На дрофу, на уточку. Гепарда вразумить или шакала, – отвечает средняя. Она не была участницей происшествия, и ей не так стыдно, как остальным. А младшенькая уже подошла к месту, где колдует наставница, посмотрела на плоды дел рук своих и плачет.

– Простите меня, пожалуйста, я больше так не буду.

«Детский сад, – думает Рыбаков. – Выездная сессия. Интересно было бы посмотреть на взрослых, живущих в тех местах, откуда прибыли эти ребятишки».

Протянутая в непроизвольной попытке успокоить плачущую девочку ладонь натыкается на плечики арбалета, пристроенного на спине под накидкой. Это, похоже, для вразумления волков и леопардов. Спрашивать о том, успеет ли это эфемерное создание воспользоваться оружием, он не будет.

И про вероятность промаха интересоваться с его стороны было бы бестактностью. Итак, мама этих ходячих арсеналов плакала, провожая дочурок на прогулку по природе. Он бы скорее понял, если бы плакали мамы тех, кого они встретят в пути. Интересно, как выпросить у них волов. Ну, не у детей, конечно, у взрослых. И потом ведь волов надо передавать в собственность фермера, а средства-то для их приобретения собирать придется в складчину.

Хотя нет. Волы станут, как бы это сказать, общесоюзной собственностью. Земледелец будет их арендовать, а расплачиваться ему придется зерном.

Интересно, откуда в нем такая уверенность, что удастся обзавестись тяглом? Ну, не то чтобы уверенность, но надежда на то, что все получится.

Глава 25

– А почему вы не стреляете? – Спокойный такой вопрос из-за спины. Тоненький детский голосок, чуть с хрипотцой, так что и не скажешь сразу, мальчик или девочка. Иван зажмурился, перевел дух и снова сконцентрировал внимание на зубробизоне, зорко поглядывающем по сторонам. От края леса, где притаился охотник, до дичи полтораста метров.