Странный мир

Один подкладывает дрова, второй стоит и озирается по сторонам. Караул не дремлет.

Вышли на открытое место и сразу были обнаружены. Один из охранников побежал к автобусу, второй встал к ним лицом и как-то подтянулся, что ли. Взятия оружия на изготовку, во всяком случае, не демонстрировал. Как держал в руках копье, так и держит наконечником вверх.

– Привет! Старшего пошли будить? – Славка прислоняет свое копьецо к дереву, а топорик, вытащив из-за пояса, вешает на сучок. Ненавязчивый такой знак дружелюбия. Просто на всякий случай. Рипа тоже освобождает руки. А под кронами деревьев видны еще три легковушки, причем одна из них стоит на колесах.

И еще одна – на противоположном берегу. На воде покачивается плавсредство – деревянный настил на надутых автомобильных камерах. С берега на него перекинут наклонный трап.

А от автобуса спешат сразу четверо мужчин. Главного видно сразу, у него в руках пусто. Караульный с копьем и еще пара определенно плотных ребят идут с короткими, с милицейский жезл, дубинками. Вот эти предметы насторожили сразу. От камышового кота или шакала отбиться можно, но ведь в этих местах и покрупнее кошачьи встречаются, и полновесных волков замечали.

Нет, не для четвероногих тварей эти приспособления, а для того, чтобы сделать больно, но не изувечить. Захотелось быстро убежать.

Хотя наконечник копья явно выкован здесь, так что надо контактировать, если интересуют металлические изделия. А ведь определенно интересуют.

– Здравствуйте! Семен Аркадьевич. – Мужчина явно назвал себя.

– Доброе утро! Всеслав Ильич. – Славка тоже назвал себя. Он только что сильно напрягся. Так все было хорошо, а тут эти дубинки.

– Долго вы нас разыскивали, однако.

 – И мужчина что-то почувствовал и тоже напрягся. Внешне почти незаметно, но есть ощущение. – Пойдемте позавтракаем, и передохнете с дороги.

– Спасибо, мы уже перекусили. И времени у нас немного, так что давайте коротко обменяемся самым дорогим, да расстанемся до времени, – понимание того, что жить среди этих людей ему не понравится и что предложение остаться здесь может стать очень настойчивым, заставляет сильнее биться сердце. Но надо сохранять каменное лицо и держать нить разговора в своих руках. Дать понять, что он, Славка, ведет тему и задает тон.

И при этом не следует обижать собеседника. У них в классе борьба за лидерство велась – будь здоров. Шекспир отдыхает. А если стремишься сохранить независимость, которую политики именуют вооруженным нейтралитетом, приходится обдумывать каждое слово. Погано-то как. Ведь был уверен, что вся эта мулька осталась там, в старом мире!

– И что же у нас самое дорогое? – Ага, мужчина почувствовал сопротивление, но не рванул напролом, как школьник, подавлять и сламывать… или сламливать… а прощупывает почву.