Связанные судьбой

 – Однако то, что ты говоришь – чистый абсурд и приводит меня в замешательство. Ты сводишь меня с ума.

– А я люблю тебя, несмотря на то что ты упряма, неблагодарна и совершенно не бережешь мои нервы. Хочешь, Делия поднимется сюда и почитает тебе?

– Нет. Не сейчас. Я хотела бы увидеть Пирса.

– Лорд Гренвилл уехал.

Она села, выпрямившись.

– Его здесь нет? Куда он уехал? И если его здесь нет, почему ты подвергаешь средневековым пыткам мои щеки?

Миссис Хайвуд пожала плечами.

– Он уехал по делам. С высокопоставленными людьми такое часто случается. Я знаю, он совсем не похож на герцога, но тебе нужно привыкнуть к тому, что твой будущий муж – важный человек.

Шарлотта мысленно взмолилась, чтобы ей хватило терпения.

– Ты, случайно, не знаешь, когда мой важный будущий муж вернется?

– Я слышала, как он говорил сэру Вернону, что вроде бы к вечеру, но возможно, довольно поздно. Тем лучше! К завтрашнему дню ты придешь в себя достаточно, чтобы подняться с кровати.

Это не могло ждать до завтра. Ей нужно было увидеть Пирса. Она вспомнила, как он нес ее на руках по коридору и мрачное выражение его лица, когда Пирс пытался понять причину ее недомогания.

Шарлотта потрогала повязку на руке. Последний раз, когда он навещал ее, она лежала без сознания и была слаба. Совсем не такое впечатление ей хотелось произвести на него, когда она стала уговаривать Пирса стать партнерами.

Шарлотта просила дать ей шанс, а потом так легкомысленно повела себя за завтраком. Теперь будет большой удачей, если он доверит ей налить себе чаю.

Пирс мчался по дороге с наезженными грязными колеями так, словно дьявол дышал ему в затылок.

В моменты, как этот, он страшно завидовал своему брату. Сейчас бокс представлялся ему идеальным способом сразиться с внутренними демонами. Рейфу не требовалось никакого дополнительного предлога, когда хотелось разбить что-то или ударить кого-то. Пирс не мог позволить себе такой роскоши. Насилие использовалось в его работе в лучшем случае весьма редко. Единственное, что ему теперь оставалось, – послать коня в галоп, когда он свернул на дорогу, ведущую к усадьбе, а еще понадеяться, что встречный ветер охладит его гнев.

Пирса одолевала злоба на сэра Вернона и на этот претенциозный сумасшедший дом под его началом; ярость против того, кто отравил Шарлотту, кто бы это ни был, но больше всего он злился на самого себя.

Спешившись, Пирс бросил повод конюху, а сам решительным шагом вошел в особняк. Не стал искать хозяев, чтобы поздороваться, как того требовали приличия, а сразу направился вверх по лестнице. Ему не терпелось увидеться с Шарлоттой: для этого нужно было пройти дальше по коридору, – но он сдержался. Пирс не сумел защитить ее от отравителя. Сейчас лучше всего не мешать ей отдыхать и набираться сил.