Таня Гроттер и Локон Афродиты

Она попыталась связаться с ним по зудильнику, но на поцарапанном блюде высвечивался лишь кусок потолка с люстрой. Таня уже хотела разъединиться, когда на экране возникла физиономия Жоры Жикина. На волосах у Жикина была сеточка. В правой руке какая-то мазюкалка, которой он маскировал вскочивший над бровью угорь.

– Чего ты тут зудишь? Я оглох! – капризно сказал Жора.

– Позови Ваньку!

Жикин, кривляясь, поднес руку ко лбу.

– Слушаюсь, ваше сиятельство! Мчуся уже! Разрешите лететь?

– Его что, в номере нет? Зачем ты вообще берешь его зудильник?

– Не переношу громких звуков.

Особенно когда звонят не мне, – сказал Жикин и отсоединился.

Таня накинула плащ, заколола еще не просохшие волосы и выскользнула из комнаты. Прикованный в коридоре оборотень дружелюбно зазвенел цепью и заявил, что его скоро освободят, потому что шерсть на носу почти пропала.

– Когда я совсем выздоровлю, поиграем в Красную Шапочку? – предложил он, пуская клейкие пузыристые слюни.

– Обязательно, – сказала Таня, чтобы

не расстраивать больного.

Дождь все моросил. Привязчивый, противный. Кажется, он имел намерение зарядить на весь следующий день.

Вскоре Таня была в главном общежитском корпусе Магфорда. Впервые. И нельзя сказать, чтобы он ее впечатлил. Все было очень чисто, очень функционально, очень просторно и… как-то совсем никак. Для пятизвездочного отеля это было бы в самый раз, а вот от школы волшебства смутно хотелось чего-то большего.

Впрочем, ожидания тем и интересны, что пример никогда не сходится с ответом.

В поисках комнаты, где жил Ванька, Таня обратилась к сидящему за конторкой эльфу. Эльф ничего не ответил, продолжая меланхолично жевать.

Таня задала вопрос повторно. Эльф сердито посмотрел на нее и на мгновение приоткрыл рот. Таня заметила в зубах у него носок. Поняв, что у него стирка, Таня не стала ему мешать.

Надеясь встретить кого-нибудь знакомого, она стала подниматься по лестнице. Пролета через два она услышала шум, пошла на голоса и увидела небольшую толпу, человек в восемь-десять. Оглядываясь на белеющие в полумраке лица, Таня потянулась было к двери, но кто-то энергично оттащил ее за локоть.

– Спокуха, это я!.

. Не ходи туда! Сюда ходи! – услышала она голос Гробыни.

– Привет! Почему не ходи?

– Пипенция наша буянит! – сказала Гробыня.

– А я не слышу.

– Сейчас все услышишь. Ложись! – распорядилась Склепова.

В комнате завизжали. Что-то разбилось. В двери образовалась дыра размером с кулак. Над

их головами пронесся тяжелый бронзовый карниз для штор и, ударившись о стену, отрикошетил дальше по коридору.

– Ну Пипа! Смотри, сколько утешальщиков собралось, а ни один не сунется, – сказала Таня.