Тёмные не признаются в любви

– Зачем тебе это надо? Она все равно в бессознательном состоянии, а ты не целитель.

Я ответить не смогла, одно знала точно: надо. А еще я хотела, чтобы со мной в лазарет пошел Джаред.

Брат со вздохом согласился, и четверть часа спустя я уже сидела возле постели мирно спящей Кариссы. По пути у сопровождавшего Джареда поинтересовалась, может ли помочь ей.

– Я бы с радостью, но как, Элея? – изумился он. – Давелийский целитель ее осмотрел. Твоя сокурсница очнется со временем – такова особенность нападения вампира.

– А если нет? Некоторые жертвы продолжают спать, хотя прошло несколько дней.

Кромешник нахмурился и подошел к спящей ближе. Провел рукой над одеялом, прикрывающим ее. И… ничего. Паутина из тьмы за пальцами не потянулась.

– Мы рассматривали версию, что в нападениях замешан апологет, но нет, Элея, на девушек нападал вампир.

– И он теперь здесь…

Лишь произнеся фразу, я осознала ее смысл: сбрендивший вампир здесь! Он входит в свиту принца!

Мне стало страшно. Я повернулась к брату, тихо стоявшему у двери.

– А вы будете допрашивать вампиров из свиты принца? Ведь к кому-то из женихов пошла Карисса на свидание.

Джаред кивнул:

– Опросят всех. Следователь из особого отдела теперь работает вместе с капитаном.

– Элея, – брат встрепенулся, – почему ты сказала, что Карисса ходила на свидание к жениху?

– Вы же сами сказали, что она кого-то ждала у оранжереи.

– Речь шла о встрече, которую могла назначить и женщина, после чего и мог напасть вампир. Но ты сразу решила, что она пошла к потенциальному жениху. Почему?

Я всмотрелась в спящую девушку. Бледную, но безмятежную.

– Карисса не любит краситься. Для свиданий с боевиками она обычно использовала иллюзии. А сегодня у нее по-настоящему накрашены ресницы, подведены веки.

– Она собиралась на свидание с высшим темным, который легко видит сквозь иллюзии, – уловил мою мысль Джаред.

– И на нее напали случайно, или же это был тот, кого она ждала, – добавил брат.

Да простят меня боги, но в этот момент я думала лишь об одном конкретном вампире! И нет, это не месть Грегерсону, говорившему мне гадости о кромешнике, нет-нет…

Когда мы вышли из палаты, Джареда отозвал в сторону целитель, тот самый, который спас отца от багряного червя.

Я воспользовалась моментом, решив пообщаться с братом. Но в первую очередь он поблагодарил за наблюдательность, лишь потом выслушал все о диагнозе отца, о том, как он возвращал меня – неудачно, к сожалению, – обратно в род.

– Да, дела… Кто мог подумать, что его перепады настроения неспроста? Не прерви я отношения с семьей, возможно, что-то да заметил бы.