В плену. И после. История одного эльфа

За бывшей возлюбленной он наблюдал с равнодушием мужчины, полностью выжженного изнутри.

— А потом пришли Они, — продолжила Эллианна, отдышавшись. — Их было так много. Мужчин в серых мантиях. Целая толпа! Они обступили меня. Они задавали вопросы. Требовали ответов. Давили и давили, и мама… Она тоже давила, тоже требовала. Настаивала, чтобы я повторила услышанное в лесу. Все эти подробности. Чтобы подтвердила: ты это действительно сказал. Вот это вот всё — про плен, про надру… — она запнулась, не в силах закончить фразу. — Про то, что с тобой сделали. Все эти ужасы.

— И ты подтвердила? — холодно спросил Фай.

Эллианна кивнула, захлебываясь слезами.

— Я испугалась. Они посадили меня на стул в центре гостиной и допрашивали. Снова и снова. Снова и снова. Даже в уборную не давали сходить. — Она покраснела, сообразив, какие неловкие подробности у нее вырвались. — Не позволяли попить воды. Со стула не разрешали встать. И только угрожали, угрожали, угрожали… Я не выдержала. О, прости меня! Я не выдержала. Прости! Прости…

Согнувшись, она закрыла лицо руками и еще долго всхлипывала, пока Фай не приблизился к ней и не погладил по спине.

— Ну, хватит, — мягко, но по-прежнему равнодушно произнес он. — Ты пришла облегчить муки совести. Я не затаил на тебя обиду. Можешь спокойно возвращаться домой.

— Ты меня прощаешь? — Она взглянула на него сквозь раздвинутые пальцы, продолжая прижимать руки к мокрому, покрасневшему лицу.

— Я тебя прощаю, — с трудом выдавил из себя Фай, сам не зная, правду сказал или солгал, чтобы Эллианна перестала плакать.

Она вздохнула, выпрямилась, зареванная, растрепанная. Бросила короткий взгляд в конец коридора и прошептала, приглаживая волосы:

— А ты не… не пригласишь меня выпить чаю? Я очень рисковала, когда сюда шла.

— Ты следила за мной?

— Хотела убедиться, что ты не отправишься в лес на болота. — Ее глаза опять влажно заблестели. — Не знаю, как жила бы дальше с таким грузом вины. — Она кивнула на ближайшую дверь. — Так ты пригласишь меня? Или будешь держать на пороге?

Фай представил, как провожает Эллианну в гостиную, как заваривает чай, как сидит с ней за одним столом, старательно заполняя тишину разговорами о всякой ерунде, — в общем, притворяется, что с ним и между ними все в порядке.

— Ответь, — попросил Фай, пристально всмотревшись Эллианне в глаза. — После моих откровений ты ведь сразу, еще там, в лесу, поняла, что не согласишься стать моей женой?

Нервно сцепив пальцы в замок, эльфийка опустила голову и кивнула.

— И ты никогда меня не любила по-настоящему, — сказал Фай в первую очередь самому себе.