Вираж бытия

И фактически срыв курса на коллективизацию, которая теперь точно отодвигалась на год-другой или даже больше. И многое другое. Но это отошло на второй план в его мыслях, делах и акцентах внимания. Но не у других, потому что он уже успел запустить некоторые процессы, и они жили своей жизнью…

Утро 22 июня наступило для наркома по военным и морским делам вполне обычно. Подъем в 6 утра. Мыльно-рыльные операции. Зарядки. И умеренный завтрак.

Завершив все стандартные процедуры, Фрунзе оделся и подошел к двери, собираясь идти к машине. Он хоть и делал утром все строго по расписанию, но все одно – выглядывал в окно, чтобы убедиться – его кортеж готов и ждет.

И только после этого выходил.

Итак – дверь.

Он заглянул в глазок, проверив, что за дверью никого нет. Потянулся к ручке и… замер.

Звериное чутье, выработавшееся у него за годы работы в «органах» там – в эпоху развала Союза, усиленное природным чутьем, оставшегося от оригинального Фрунзе, дало о себе знать. Он словно бы почувствовал опасть. Врага. Близкую смерть.

Еще раз выглянул в глазок.

Пусто.

Несколько секунд помедлил. И все же достал пистолет из кобуры, взведя его и сняв с предохранителя.

Заодно достав и воткнув запасную кобуру за пояс, чтобы скорее перезарядится в случае чего. Обстановка была горячей и Михаил Фрунзе решил подстраховаться. Лучше выглядеть смешным, чем мертвым.

Еще раз прислушался к себе.

Ощущение угрозы не исчезло.

Щелкнув замком, он открыл дверь и несколько раз потопал, имитируя шаги. Пару секунд подождал. Прислушиваясь. Закрыл дверь, оставаясь внутри. И щелкнул замком, закрывая его.

И снова замер, уставившись в глазок.

Секунда.

Вторая.

И с этажа выше быстро вышли двое с пистолетами наготове.

В форме командиров РККА: один комвзвода, второй комбат. Их в лицо он не знал.

Увидев пустоту на лестничной клетке, они раздраженно зашипели и бросились бегом вниз.

Фрунзе выждал немного.

Открыл дверь максимально тихо.

И не закрывая ее, чтобы лишний раз не хлопать и не щелкать, прошел на носочках по лестничной клетке к ее противоположной стороне. Осмотрел пролет, ведущий вверх.

Никого.

Снизу раздались сдавленные маты и быстро приближающиеся шаги. Кто-то в четыре ноги бежал по каменным ступенькам. И он сам, чтобы не оказаться на виду, спешно, но также, на носочках, чтобы не шуметь, поднялся на пролет.

И чуть отошел в сторону.

– Открыта! – сдавлено произнес один из незнакомых мужчин.

– Забыл видно что-то.

– Туда! Скорее! Эти нас заметили!

И словно в подтверждение их слов снизу раздались какие-то мужские голоса. А потом хлопнула дверь подъезда.

Шаг.

Еще.

Еще.

Вот она заветная дверь.

Первый толкнул ее, держа пистолет наизготовку. Второй развернулся лицом к лестнице и приготовился отстреливаться от бойцов охраны наркома.