Восход багровой ночи

Луиза с интересом наблюдала, как он с легкостью мнет и разглаживает проволоку, придавая ей определенную форму. Словно у него в руках не сталь, а мягкий кусочек пластилина.

– Никогда не перестану удивляться вам, оружейникам, – завистливо вздохнула она. – Рукастые вы ребята!

– Зато я не умею криком выбивать стекла, – парировал Клим. – Сдается мне, у нас в академии ты одна такая?

– Видимо, у Соловья-разбойника было не слишком много детей, – пожала плечами девушка.

Вылепленный ключ идеально подошел к замку. Щелкнул механизм, и дверь приоткрылась. Оказалось, что охранная бумажка с печатью держится только на косяке. К двери она не была приклеена.

– Ну вот, – с облегчением произнес Поликутин. – Почти и не опечатано.

Он толкнул дверь, и они быстро вошли в темную прихожую.

В опустевшей квартире было тихо, висел крепкий запах табака. Вдоль стен выстроились шеренги из пустых бутылок, повсюду стояли грязные стаканы и пластиковые тарелки с давно засохшей едой и смятыми окурками. Влад Пивоваров никогда не утруждал себя уборкой. Луиза аккуратно прикрыла за собой дверь, и они с Климом прошли в знакомую гостиную.

Шторы были задернуты, и в комнате царил легкий полумрак, но они отлично все видели. Одну из стен по-прежнему покрывали многочисленные вырезки и фотографии, исписанные листочки блокнотов, карты и странные схемы.

– Будто мы попали в логово маньяка, – сказал вдруг Клим. – Обычно в фильмах их именно так изображают.

– Отчасти так оно и есть. Влада уж слишком сильно интересовали все эти загадочные происшествия. – Луиза приблизилась к стене и принялась внимательно ее изучать. – За это он и поплатился…

Клим присмотрелся к пожелтевшей газетной вырезке с фотографией молодой Ангелины Зверевой. Толстая красная нитка соединяла ее с фотографией Егора Зверева, висевшей в противоположном углу. Далее нить тянулась к фото Алексея Бирулина, Михаила Шорохова, Натальи Степановой. Все они уже были мертвы. Вскоре Клим нашел портрет своего отца. Рядом толстая иголка крепила к стене небольшой пластиковый пакетик, в котором лежала миниатюрная карта памяти.

– Как думаешь, полиция нашла здесь что-нибудь? – спросил Поликутин, рассматривая пакетик с картой.

– Кто знает? – ответила Луиза и подошла к письменному столу.

Она принялась выдвигать ящики, но быстро убедилась, что кто-то уже в них рылся. Содержимое было перевернуто вверх дном, на полу у стола валялись обрывки бумаги и канцелярские скрепки.

– Здесь точно проводился обыск, – сказала Соловьева. – Но вот полиция его делала или кто-то другой…

– Определенно полиция! – раздался строгий мужской голос.

Клим и Луиза подскочили от неожиданности.